В такой же ситуации оказалась и Кармен, ее семья желала незамедлительно видеть дочь, чтобы выгодно выдать замуж.

Когда до меня постепенно дошел весь творившийся ужас, я мысленно признала правоту верховной ведьмы. О таком стоило молчать. Потому что сейчас бунт подавлен, знать наказана, а Тай Авраз провозглашен императором.

А девочки… Они не имели в виду, что хотят все бросить и навсегда уехать в империю, совсем нет. Но отчего-то были уверены, что Авразар ждут глобальные перемены. Впрочем, почему «отчего-то»? Достаточно первого указа Тая Авраза об отмене эмани.

Звучало невероятно, шокирующе! И тем не менее правда.

Первым эдиктом нового императора была отмена статуса эмани и всего, что с ним связано. Неясно пока, как Тай собирается поступить с теми, кто находился на положении официальной любовницы, и что будет с общиной Императорских Цветков, но, зная, как мой отец относится к ее выходцам, его планы на их жизнь, уверена — женщин и девушек не должны обидеть.

А мои девочки правильно рассудили, что могут стать ярким примером того, что женщина — не только бессловесная тварь, нужная для рождения детей. Особенно если наше дело пойдет в гору.

Мы не крестьянки, мы — леди, и с нами придется считаться. Свою роль в размышлениях подруг сыграл и зов крови нового монарха.

Глупо отрицать, но Тай не сможет причинить мне вред, его суть воспротивится этому. Владыка демонов тоже вряд ли сидел сложа руки и не промыл мозги наследнику дружественной империи. А я — и лидер нашей немного сумасшедшей компании, и объект зова крови Тая. Порочный круг какой-то…

Не могла я не признать правоту подруг. Для того чтобы изменить сознание имперцев, нужен маяк, наглядный пример.

Леди, которые не только чего-то достигли в сфере деятельности, присущей мужчинам, но и обладают властью. И я прекрасно знала, сколько талантливых девочек, девушек и женщин есть в империи. Им стоило дать шанс на иную жизнь, они были этого достойны так же, как и мы с сестрами. Но вот к жертве я была не готова. Какую плату Тай может стребовать за сотрудничество? Слабо верилось, что император, прикованный зовом, ничего не потребует от избранницы его крови. Торговаться будет не хуже лавочницы на базаре в день ярмарки.

Но об этом я подумаю после того, как окажу любезность владыке Нижнего Мира и поговорю с ним.

Все-таки, несмотря на свое могущество, он сдержал слово и не пытался на меня влиять, честно дожидаясь, когда я буду готова принять от него хоть какую-то информацию.

Остановилась у массивных дверей зала совещаний, где должна была состояться аудиенция, вдохнула, выдохнула и нацепила на лицо улыбку, как нас учила леди Витория: спокойную, дружелюбную, вызывающую у собеседника ощущение, что ему безумно рады.

Двери распахнулись, пропуская меня.