Я кивнул, подтверждая его догадки.

— Но как? — удивился он.

— Поэтому я принес его в институт. Тут достаточно людей, которые смогут это понять и разобраться.

Старостелецкий же не понимал, о чем мы говорим.

— Да объясните же мне, старому, что вы такое говорите⁈ Что разбирать? Кристалл? Да я вам на глаз могу сказать, сколько в нем энергии.

Мы переглянулись.

— Думаю, профессору будет лучше показать, — кивнул я.

— Уверены, Михаил? — улыбнулся Горький.

— Более чем. Так у Валерьяна Валерьевича будет представление, над чем придется работать, — после этого я взял кристалл и активировал пространственный карман.

Мы тут же оказались во дворе института. Ничего не поменялось. Единственное, не было трупа того существа, которое тут находилось.

Горький удивленно присвистнул, поглядывая на здание моего института.

— Ого! Большое!

А вот Старостелецкий был в полном шоке.

— Господин Кузнецов, это что! — воскликнул он. — Где мы?

— Профессор, — наклонив голову набок, я улыбнулся. — Вы же ученый…

Он тут же замолчал и огляделся с более вдумчивым видом. Тут его можно понять. Все же не каждый день тебе дают что-то подобное.

Его работа обычно была монотонной, с документами, отчетами и приборами по Дикой Зоне. Иногда он анализировал прорывы и их частоту. Именно он сказал, что количество метеоритов падающих рядом с институтом стало меньше, но в других местах они стали падать чаще. Как будто уже не важно, был ли рядом источник энергии или нет.

— Это пространственный карман! — наконец выпалил он, и мы с директором победно переглянулись. — Но почему он такой огромный? Как… Это же… Я такого не видел…

— Да, профессор, сколько? — приподнял бровь Горький.

— Лет двадцать, — призадумался он. — Пространственные карманы очень сложные в создании…

— Позвольте вас перебить, — сказал я, понимая, что сейчас может начаться внеплановая лекция. — Но это не то, что я хотел вам показать. Идите за мной.

Когда мы спустились в подвал и дошли до комнаты, я отошел в сторону и дал им возможность разглядеть странную дыру в пространстве.

Оба мужчины, мягко сказать, были ошеломлены. Горький тут же пустил тонкие нити энергии к порталу и начал осматривать его со всех сторон.

То же самое сделал и профессор Старостелецкий.

— Михаил? Вы знаете, что это?

— Не имею ни малейшего понятия, — ответил я, пожав плечами. — Поэтому я и позвал вас. Хотелось бы получить ответы.

— Хм, — профессор подошел ближе. — Это портал сделан не портальщиками. Так же, — он постучал рукой по материи, — он работает только однонаправленно. С той стороны могут приходить, но обратно, никак.

— А кто может выйти? Или что? — поинтересовался директор.

— На это нам предстоит ответить, изучив этот карман.