– Неплохой проект, только некоторые моменты не доработаны. Но это скорее из-за юношеского максимализма, и…

Мне вдруг стало обидно за сестру. Я-то знаю, сколько времени она пропадала в лаборатории, экспериментируя с заклинаниями и векторами силы.

– По себе знаете, насколько губителен юношеский максимализм? – с вежливой улыбкой поинтересовалась я, вставая на защиту сестры.

– Касси! – дед осуждающе на меня посмотрел, а бабушка за его спиной только покачала головой, словно намекая, что я нарываюсь, когда мне следовало бы промолчать. Но почему я должна наблюдать за тем, как этот хам оскорбляет мою сестру? Ну и что, что Мелли сама себя в обиду не даст?

Темные глаза же в упор уставились на меня, в них мелькнула какая-то непонятная эмоция. Да ладно, он все же не такой уж и сухарь? Удивительно дело!

– Юношеский максимализм губителен для всех, – по губам мага скользнула поистине змеиная улыбочка. А затем последовал вопрос. – А вы, Кассандра, тоже магесса?

Чудесный вопрос, просто очарователен, если учесть, что он совершенно точно знает, что нет. Даже если бы и не было истории с Ларсом, я все равно готова поклясться, что он сейчас лукавит. Просто люди такого склада характера никогда не приходят с визитами в дом, не узнав заранее все о его обитателях. Такие люди, как Рейстлин Кинстер, не любят неожиданностей."

"– К моему великому счастью, нет, – я не опустила глаза, даже нашла в себе силы улыбнуться. – Я ведьма.

Но ты ведь и без меня это прекрасно знаешь, ведь так, маг?

Рейстлин Кинстер усмехнулся моему ответу в открытую. Да еще так снисходительно, что я почувствовала, как у меня пальцы зачесались, чтобы его проклясть. Нельзя нас, ведьм, бесить. Ох, нельзя. Мы же бесстрашные (хотя дедуля бы сказал, безголовые). Стоп! Да эта же скотина черномагическая меня провоцирует!

– И почему же к счастью? – лениво поинтересовался он, глядя на меня в упор. – Нравится пакостить по мелочам?

В его словах так и сквозил непрозрачный намек на весьма толстые обстоятельства. Он словно говорил: «Я знаю, кто наградил моего брата рогами». И спасовать сейчас перед ним? Как бы не так! Я решительно вздернула подбородок и колко ответила:

– Ну зачем же размениваться на мелочи? Если уж пакостить, то по-крупному, – и мило улыбнулась, шестым чувством ощущая, как герцогиня за моей спиной простонала. Да что бабушка?! Мой давно почивший инстинкт самосохранения внезапно отыскал себе некроманта и теперь приветливо махал мне лапкой, отчаянно намекая, что стоит заткнуться.

Вот только остановиться я уже не могла. Я видела этого человека первый раз в жизни, но он пробуждал все ведьминское, что во мне есть. Я не могла притвориться милой и доброй. Не с этим человеком.

– Чем крупнее пакость, тем страшнее наказание за нее, – тонко усмехаясь, ответил чернокнижник.