Сердце отбивает дикий ритм, иногда сбивается, замолкает на мгновение, словно спотыкается, и продолжает громыхать. Нервная дрожь начинается с пальцев, поднимается по предплечьям и выше, через минуту все тело ходит ходуном, так бывает, когда проведешь на морозе несколько долгих часов и после никак не можешь согреться. Хочется забыть мамин отсутствующий взгляд, пустой, отрешенный.

Задержавшись в коридоре квартиры, она смотрела сквозь меня, не торопясь поправляла нашейный платок, легко попрощалась и вышла. Я стала для нее чужой в тот момент, когда поднялась из-за стола и, взяв телефон и ключи от квартиры, попросила Наталью Олеговну и маму уйти. Пренебрежительные слова Натальи Олеговны, бьющие мне в спину… Все это я прячу – с силой заталкиваю глубоко вниз, хороню в самых темных углах памяти.

– Куда мы едем? – интересуюсь я, лишь бы не оставаться со своими мыслями наедине.

– Ко мне, – Ник отвечает так, словно это самая очевидная вещь на земле.

– А ты живешь один?"

"– Абсолютно, холостяцкое гнездышко, – произносит с насмешкой. – Сбежал из дома, как стукнуло двадцать. С отцом невыносимо. Существует только его мнение и неправильное, – не жалуется, не обвиняет – рассказывает.

– А мама?

– Мама – чудо. Я удивляюсь ее терпению. А еще у меня есть младший брат. – Парень изредка поглядывает на меня, на краткое мгновение отвлекаясь от дороги.

– Такой же безбашенный и нахальный, как ты?

Ник смеется, отрицательно покачивает головой.

– Крис еще мал, чтобы лазить по балконам к девчонкам, ему нет и года. Пока он только безбашенно рассекает по дому на четвереньках, – отзывается с теплотой.

– Ого, какая разница, – я искренне удивляюсь. – А у меня нет ни братьев, ни сестер.

– Знаю, – мужские губы кривятся в улыбке. – Я не должен был этого говорить, да? – уточняет.

– Да. На будущее, о том, что ты знаешь всю подноготную девушки, лучше промолчать, – я позволяю себе пошутить.

– На будущее, – он дразнит в ответ, – меня не волнует ничья подноготная, кроме твоей.

– Наверное, – я бросаю, не подумав.

Ник не спешит доказывать обратное, дарит мне снисходительный взгляд – так смотрят на людей, сказавших откровенную чушь.

* * *– Добро пожаловать. – Автомобиль останавливается на парковочном месте во дворе высотных домов, приходится задирать голову, чтобы увидеть поблескивающие окна последнего этажа. – Нам сюда. – Ник тянет меня за руку к ближайшему подъезду. А я любуюсь его широкой, радостной улыбкой, неужели она из-за меня? – Зайчишка, белье не забыла надеть? – шепчет, как только мы входим в лифт.

– Нет. – Мои руки предательски прижимают полы сарафана к бедрам.

– Врушка, не было у тебя времени. Ты выбежала ко мне сломя голову, даже сумку не взяла. – А я продолжаю отрицательно трясти головой.