И вместо слов следует оглушающее рычание.

– Стой, – команда Альфы летит в спину.

Подхватив маму на руки и выпрямившись в полный рост, отец мечется загнанным зверем, прикрывая бездыханное тело собой. Сейчас он и есть дикий зверь, я не вижу в его глазах разума. Для отца я чужак, что пытается отобрать смысл жизни.

Альфа рядом со мной, медленно тянет за локоть назад. Без резких движений и слов.

– Константин был? – интересуюсь я, лихорадочно соображая, перебирая немногочисленные варианты в голове. – Он может обратить? Сколько прошло времени? Ведь обращение заключается изначально в убийстве. – В моей душе теплится надежда.

– Был, это он перенес Лилю и Ара с места аварии, – отвечает Альфа.

– Неужели не смог помочь? Константин же собирал многих буквально по кускам. Тебя, Коваля, – перевожу взгляд на Бету стаи.

Альфа отрицательно покачивает головой.

– Он хоть и Высший вампир, но не всемогущий.

– Значит, нам нужен кто-то сильней. Князь! – шепчу я возбуждено. Отец вновь сел на землю. – Вы звонили Александру? Искали его?

– Константин как раз отправился на поиски, говорит, что есть призрачный шанс. Но тут не обойтись без поддержки Темного.

– С условием, что он захочет помогать, – вставляет ремарку Коваль.

– Захочет! – рычу я в ответ на комментарий, от которого захотелось вгрызться оборотню в глотку. – С Темным всегда можно договориться, он не упустит выгоды для себя, – не знаю, кого сейчас уговариваю больше себя или остальных. – Он не откажется от долга стаи перед ним, – эта мысль вселяет в надежду.

– Щенок прав, не откажусь.

Темный князь, Высший вампир, насмешкой судьбы, нашедший пару в волчьей стае – нашей стае, в полной своей красе.

Александр предусмотрительно расположился вдалеке от нас, по ветру, не желая провоцировать моего отца своим появлением. Сейчас отец вряд ли вспомнит о нейтралитете между оборотнями и Темными вампирами. Вряд ли вспомнит, что его племянница нашла свое «сердце» в князе.

Задрав подбородок, Александр жестом указывает отойти правее. И без того неподвижное лицо вампира становится абсолютно статичным.

– Как давно наступила смерть? – его тон ровный, нет ни намека на обычную издевку.

– Почти час, – отвечает Альфа.

И я улавливаю на неестественно бледном лице эмоции.

– Слишком поздно, – привычные высокомерие и надменность сменяется болью и сочувствием. – Кровь встала в венах, – поясняет свои слова.

А я отказываюсь верить, всегда есть выход, всегда! Даже если ты споришь со смертью! Преодолеваю разделяющее нас с Александром расстояние, впиваясь пальцами в холодное предплечье.

– Помоги. Дам все, что пожелаешь.

Темная бровь ползет вверх.

– Даже так? – уточняет вампир."

"– Долг возьмет на себя стая, Темный, – вступает в разговор Альфа.