– Послушай, мы пришли, потому что хотели попросить прощения. За то, что наговорили, – продолжает Тим.

Сара открывает глаза и снова оглядывает всех. Тим. Пол. Дженни.

– Мы чувствуем себя виноватыми. В том, что занялись своими делами. Вот в чем правда. – Пол теребит пряжку ремня. – Мы не должны были всё наваливать на тебя.

– Вам жаль, что вы все это говорили… но по-прежнему считаете, что виновата я?

Сара смотрит на мальчишек. Во время ссоры они говорили больше всех.

– Это все те парни. Если б их только нашли… – робко произносит Дженни.

Наконец Сара глубоко вздыхает.

– Ну, как прошло телеобращение – много звонков? Телефон мне отдали, но не знаю, где смотреть.

Лед тронулся, друзья начинают рассказывать, как помогла передача. Похоже, звонков куча. Сара снова лжет и говорит, что таблетки – чистая случайность, беспокоиться не о чем.

– Больше не повторится? – Голос Дженни звучит тревожно.

– Нет. Я обещала маме быть поаккуратнее, чтобы ей не пришлось еще раз пережить такое. Так скажите мне, насчет этого телеобращения, что там показывали?

Дженни понравилось, что показали милое видео Анны и одну из фотографий, что прислала продюсеру программы Дженни, однако мама расстроилась, что ее интервью зверски порезали.

– Они убрали все кусочки, где она говорила про других пропавших девушек, которых нашли, про то, что не нужно терять надежду, что малейшая информация поможет найти Анну живой.

Все замолкают.

Сара снова закрывает глаза.

И тут в палату входит ее мать и выпроваживает гостей, объясняя, что персонал и так сделал послабление, не стоит испытывать судьбу.

Друзья прощаются и еще раз просят прощения.

Мать Сары садится на зеленый пластиковый стул и начинает ерзать, нервно разглаживает юбку.

– Мама, что случилось?

– Ничего не случилось.

– Нет, случилось.

Мать наливает сердечных капель в пустой стакан Сары и доливает воды из пластикового графина. Потом долго смотрит на коробку сливочной помадки, как будто читает описание на обороте.

– Ладно. К нам опять пришли полицейские. Доктора, разумеется, сказали, что ты слишком слаба для общения с ними. Но, похоже, завтра мы едем домой, и они, конечно, захотят побеседовать с тобой. Наверное, тебе нужно знать. Подготовиться.

– О чем? О чем они хотят со мной поговорить?

– Вроде бы объявились еще свидетели из клуба.

– Я уже все им рассказала. Все, что могла.

– Знаю, милая.

– Нет. Я не хочу снова разговаривать с ними.

– Хорошо, милая. Я понимаю. Не нужно расстраиваться. Я попытаюсь объяснить им, что тебе требуется отдых.

Сара откидывается на подушку, закрывает глаза и вновь пытается избавиться от голоса Анны в голове. От отчаянного выражения ее лица той ночью в клубе.

«Пожалуйста, Сара. Мне не по себе. Прошу тебя.