Слишком слаба, а эта дверь добротная и вышибала из меня совсем никакой...

Выдыхаю и разворачиваюсь. Упираю взгляд в панорамное окно с видом на Москва-Сити. Глубокая ночь, но огни города не гаснут.

Столица не спит.

На негнущихся ногах подхожу к холодному стеклу и прикладываю ладони. Там вдали беснуется город, ажиотаж улиц и суета.

А я стою здесь. Одна и мне страшно.

Сегодня я спровоцировала хищника.

Поддалась эмоциям, не удержала жалящих слов, не усмирила свой буйный нрав, но где-то внутри я знала, что права. В каждом своем слове. В каждой мысли.

Я потерялась во времени, наблюдая за огнями города, в котором, если перефразировать классика, идет вечный праздник.

Только вот я на этом празднике жизни чужая и меня явно никто не звал.

Долго стою, по ощущениям целую вечность, впитывая в себя мерцание огней.

Пробившаяся в темноту комнаты слабая полоска света дает понять, что мое одиночество нарушено.

Беззвучные шаги за спиной. И я буквально осязаю, как крупный высокий мужчина останавливается, нависая.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы увидеть кто это. Только по тому, как все мельчайшие волоски на коже встали дыбом, я понимаю, что мой босс почтил меня своим присутствием.

Не поворачиваюсь к нему. Я трушу, боюсь встретиться с его темным взглядом. Пальцы сильнее приникают к холодной стеклянной поверхности. Мною ведет желание слиться с этой незримой преградой, или вообще проскальзывает мысль, что лучше бы она разломалась и я бы упала.

Пусть так, если это единственный способ увеличивать расстояние между мной и этим мужчиной.

С каждым мгновением меня все больше окутывает благородный аромат парфюма Димитрия вперемешку с его специфическим тяжелым металлическим запахом.

Я вглядываюсь в огни Москвы до рези в глазах, но уже в мой следующий вдох мои ладони резким движением оторвали от стекла и крутанули мое замершее тело, заставив посмотреть на Каца.

Блики света мерцают на отстраненном бесчеловечном лице, отражаются холодным блеском в зеленых лезвиях глаз.

Красивый. Завораживающий блондин смотрит на меня. Глаза в глаза. Не отрываясь.

– Повтори, маленькая мышка, что именно ты мне кричала.

Ровный голос, пугающий взгляд и на дне... на самом дне холодных нефритов приказ взять свои слова обратно, принести свои извинения.

Я клоп, которого могут прихлопнуть одним пальцем, и именно подобное холодное пренебрежение заставляет меня сомкнуть губы посильнее и не отвести взгляд.

– Я. Сказала. Я тебя ненавижу. Больше того. Ты мне противен. И то, что ты пригласил в свой номер “профессионалку”… Зачем я тебе?!

Широкие брови сходятся на переносице, хмурится.