Маленький красный автобус остановился на Эвингдон-кросс, из него выплеснулся поток женщин с детьми и немногими мужчинами в мешковатой одежде, все нагруженные свертками разнообразных форм и размеров – покупками с еженедельной ярмарки в Эвингдоне. В методистской молельне шла полным ходом субботняя вечерняя служба, и, когда Литтлджон повернул направо, к дороге на ферму «Аппер-Хилари», его оглушили звуки евангельского гимна:
Не уступай искушению, ибо грешно уступать;Каждая победа – шаг к новому преодолению.Слышались пронзительные визгливые голоса женщин, лишенный мелодии рокот редких басов.
В кухне фермы «Аппер-Хилари» горела лампа, отбрасывая круг света на простой, выскобленный до белизны дощатый стол.
Не скрывай лица Твоего от меня; в день скорби моей приклони ко мне ухо Твое; в день, когда воззову к Тебе, скоро услышь меня.
Ибо исчезли, как дым, дни мои, и кости мои обожжены, как головня.
Сердце мое поражено, и иссохло, как трава, так что я забываю есть хлеб мой."
"Всякий день поносят меня враги мои, и злобствующие на меня клянут мною[96].
Женщина вскинула горящие глаза на мужчину, сидевшего напротив: седого, чисто выбритого, с маленькой круглой головой и серебристыми бакенбардами, с бледным нездоровым лицом, какое нечасто встретишь у фермера. Эта землистая бледность да тяжелые мешки под водянистыми голубыми глазами выдавали болезнь печени.
Комментарии
Добавить комментарий