Судя по всему, Мортимор посетил коттедж «Брайар»: среди бумаг обнаружили его письмо с благодарностью за гостеприимство, а позднее, через несколько дней, пришло еще одно – с выражением признательности мисс Тидер за обещание выделить союзу долю в наследстве.
– Здесь что-то нечисто, – заметил Брасси. – Похоже, бедную женщину водили за нос, не подпускали к делам благотворительного общества и старательно удерживали подальше от Лондона. На мой взгляд, это весьма подозрительно. Нам нужно внимательно изучить этот союз.
– Можете предоставить это мне, мистер Брасси.
Детективы оставили адвоката приводить в порядок содержимое бюро, но взяли с собой расчетные документы, связанные с благотворительностью.
– Дайте мне знать, если в дальнейшем я смогу чем-то помочь, – произнес Брасси. – Я не защищаю интересы Уиньярда: сказать по правде, я его терпеть не могу, – однако надеюсь, что вы наделаете шума на Роупуокер-стрит и упечете за решетку предполагаемых наследников, что позволит аннулировать завещание.
Сара Расселл отворила дверь полицейским. Литтлджон задержался на пороге комнаты, где она стояла, расстроенная, с заплаканными глазами.
– Сара, почему мисс Тидер назвала завещание мерой предосторожности? Только не начинайте снова плакать. Я не виню вас за ваш поступок, меня это не касается.
Служанка громко шмыгнула носом, лицо ее скривилось.
– Я собиралась сообщить об этом мистеру Брасси, но он так рассердился, что не дал мне заговорить. Наверное, теперь я могу закончить свой рассказ. Мисс Тидер шепнула мне по секрету – она не часто посвящала меня в свои личные дела, но на сей раз так огорчилась, что хотела с кем-то поделиться. Так вот, она сказала мне: «Сара, я кое-что узнала об одном своем родственнике от мистера Лорримера, уважаемого человека, которому я глубоко доверяю, и он готов представить доказательства.


















Комментарии
Добавить комментарий