А хуже всего то, что я не знала, кто и за что снабдил меня наследством. И почему я так вовремя оказалась именно в этом поместье, тоже входящем в список наследуемых земель? Кто меня сюда перенес? Какой злой волшебник?

Я не знала ничего о своем благодетеле. И до сих пор не понимала, откуда в совершенно чужом магическом мире у меня вдруг появились родственники. Насколько я помнила из рассказов родителей, оба они были сиротами, своих корней не знали, с рождения воспитывались чуть ли не в детском доме. И потому я никак, ну вот вообще никак не могла иметь здесь родню! Если ее не было на Земле, откуда ей взяться в непонятном магическом мире?

В общем, одни вопросы. И никаких ответов.

Я отказалась от любой еды, пила только компот, который мне в спальню принесла служанка, и думала, думала, думала.

Мое настроение портилось все сильнее.

– Ну вот что за дурость, а? – пробормотала я горько, уставившись в темное оконное стекло. Там, на улице, шел то ли снег, то ли дождь, было холодно, мерзко и противно. – Почему заранее нельзя выдать мне правила игры? Что это за непонятный квест для попаданки? Засунули непонятно куда, непонятно зачем, дали деньги, не дали задания. Какая-то дурацкая игра получается. Мироздание, а Мироздание, совесть у тебя есть? А стыд? Как в таких условиях жить и работать? Тут же головой повредиться можно.

Мироздание молчало, упорно и загадочно.

И все, что мне оставалось, – лечь спать, голодной, злой и усталой.

Ночью мне снилась какая-то муть про лабиринты, всадников и завещания.

Проснулась я злая, не выспавшаяся и опять же голодная.

А утро принесло свои сюрпризы…

Глава 14

– Лекари нам нужны, найра, – гудел Алек в гостиной внизу уже несколько минут. – Хотя бы парочка на все деревни. Вон в самой дальней мужики сутки уже лежмя лежат, слабые телом.

Лекари… Да где ж их взять-то, в нашей дали? Алек, как оказалось, был прогрессивных взглядов. Магию и амулеты не отрицал. Но сам предпочитал лечиться у тех, кто разбирался в травках и при необходимости мог наложить швы. В общем, у лекарей. Деревенских, конечно же. Как мне сегодня объяснил сам Алек, появившийся в поместье с раннего утра, лекари делились на деревенских и городских, в том числе и столичных.

Столичные знали очень многое в разных областях, но брали за свои услуги столько, сколько не каждый аристократ мог себе позволить заплатить. Благо и учились они в медицинских школах, которых было две на всю империю, и обе в столице. Там, в тех школах, преподавали уже вышедшие в отставку лекари. Молодежь училась там и теории, и практике, набивала руку на тех, кто пользовался ее услугами, и ближе к середине жизни могла позволить себе и домик в пригороде, и семью. Ну и обширную практику, конечно же.