за долгую жизнь на улицах понял, что нельзя связываться с превосходящим по силе противником, если можешь избежать конфликта…

За пару мгновений его зрение помутилось. Все стало смутным и нечетким, от потери пространственной ориентации ноги подкосились. Куда делись два вампира?

На хрен. Куда исчез переулок?

Держа пистолет наготове, Мистер Ф. побежал, и с облегчением обнаружил, что пока он удалялся в противоположном направлении, все постепенно прояснялось: здания по обе стороны переулка, мусор тут и там, брошенный автомобиль… с внушительной такой вмятиной на переднем бампере и капоте.

Мистер Ф. бежал неизвестно сколько, периодически наобум поворачивая налево и направо, в зависимости от того, откуда доносился вой полицейских сирен и свет вертолета в небе. По крайней мере, этот побег был привычным действием для него. Он часто убегал от правоохранительных органов. Но все остальное? Черт та с два. Он не был бойцом. Не был солдатом. Даже когда его мучила ломка, сводила с ума тошнота, и бросало то в жар, то в холод, голова кружилась, и ломило все тело, даже в такие моменты он не проявлял агрессии к другим. Он никогда не хотел причинить вред кому-то кроме себя самого, и даже это желание было непреднамеренным следствием его пагубной привычки, а не проявлением мазохизма или суицидальной тяги.

Последние три года, с тех пор как жена выставила его за дверь за пристрастие к наркотикам, и он стал бездомным, его потребности свелись к одному — получить дозу и жить тихо и спокойно.

Вот и все.

Заворачивая за угол, Мистер Ф. осознавал, что не чувствовал ни грамма усталости, но выносливость не помогла бы ему выбраться из передряги. Как выяснилось, бежать дальше некуда: он оказался в тупике, который, казалось, выскочил на его пути — а не наоборот. И резко затормозив перед кирпичной стеной, он совсем не сбился с дыхания… и, что ужасало, Мистер Ф. не чувствовал гулкого биения в висках или груди после физической нагрузки.

Опустив взгляд на грудь, он подумал о том, что нашел в сосуде.

С тех пор, как он начал употреблять наркотики, несколько раз он обретал ясность ума. Сейчас, однако, когда к нему пришла четкая мысль, он мгновение был сбит с толку этой когнитивной аномалией.

Нет.

Нет, черт возьми. Он все еще не помнил, как оказался в этом состоянии, контролируемый кем-то другим, кого он никогда не видел; потерянный среди знакомых улиц Колдвелла, в поисках таких же, как и он. Но он знал, что делать с этим.

Согнув ноги, Мистер Ф. подпрыгнул, тело взлетело вдоль стены как напружиненное. Схватившись за край стены, он перебросил ноги как заправский каскадер, и свободное падение по другую сторону длилось дольше, чем он рассчитывал.

Господи, он подпрыгнул на двадцать пять футов, может, больше.

Мистер Ф.