"

"— Волчица, неужели ты не понимаешь, что постоянно выводишь меня из себя? Неужели не догадываешься, чего мне стоит держать контроль над своими желаниями? Ты постоянно провоцируешь меня! И неужели так трудно воспринимать меня не как вампира-кровососа, а как обычного мужчину?

— Может, вся проблема и заключается в том, что я воспринимаю тебя, как обычного мужчину…, - прошептала в ответ девушка, чувствуя, что её душа выворачивается наизнанку.

Демьян повел плечами, точно их сковало железом. Но облегчения движение не принесло.

— Наше знакомство началось не так, как мне хотелось, Мария. Я это признаю. И могу честно сказать, что я не горел желанием, чтобы меня кормила волчица. В моей жизни было достаточно ненависти, и я хочу отдохнуть от неё.

— Демьян, мы говорим о моей матери….

— Не только о ней! Не только! Ты думаешь, я помогаю тебе из-за чувства милосердия или сострадания? Или ты думаешь, что я, желая тебя, не мог взять тебя в любой момент нашего общения?! — его голос не повысился, но изменилась интонация, и снова, как в день их знакомства, Мария подумала, что Демьян Даров обладает силой, не подвластной её полному восприятию.

— Я чувствую, что ты хочешь меня…, - сглотнув комок в горле, ответила девушка.

Он обернулся и, прищурив глаза, впился в неё требовательным взглядом.

— Желаю — слабо сказано, Мария! Ты даже не представляешь, каких титанических усилий мне стояла сегодняшняя сцена на пруду! Твой любовник был на границы смерти! Он смог уйти с поляны по той причине, что я не хотел убивать его на твоих глазах!

— Он не мой любовник, — совсем тихо призналась Мария, опустила голову, и одна слеза сорвалась с ресничек и упала в чашечку с кофе.

— Что? — не расслышав, переспросил Демьян. Ему показалось, или она на самом деле призналась, что не состояла в интимной связи с тем волком?

— Николай не мой любовник, — уже громче сказала Мария, и не в силах остановиться, продолжила: — У меня вообще нет любовника. И не было.

Теперь пришла очередь удивляться Демьяну. И если бы девушка взглянула на него в тот момент, то увидела бы, какая гамма чувств сменяется на его лице. Сначала он испытал шок, сменившийся недоверием. А потом…обрадовался. Обрадовался, как мальчишка, которому впервые улыбнулась понравившаяся девушка.

Но он быстро взял себя в руки. Сегодня он и так слишком много говорит.

— Маша, ты хочешь сказать, что ты — девственница? — спросил он, и перестал дышать в ожидании ответа.

Казалось бы, ему какое дело — были у неё любовники или нет….Его должно было волновать, чтобы на данный момент никто из других мужчин не имел доступа к её телу…. Но одна лишь мысль, что её не трогал между ног, никто кроме него, заставила активировать сильнейший выброс адреналина в кровь.