Хорошо играет, подлец! Неужели он думает, что она не догадалась об его подставе?

При другой ситуации, и, возможно, в другом месте, Мария не стала поднимать конфликт, но уж больно ей было обидно за самочку.

— Я не видела их, они только говорили. Но я узнаю их голоса.

— Вот как…, - протянул Арсений и перекинул ногу на ногу. Его глаза находились в тени, о чем Мария пожалела. Ей хотелось бы видеть их выражение, чтобы знать на будущее, как они выглядят, когда он блефует. — Хорошо….Тогда я хочу, чтобы вы по очереди рассчитались.

Ни один мускул не дрогнул на лицах ищеек Даровых.

— Один…

— Два…

— Три…

И так до пятнадцати.

Надо же, Мария не ошиблась, когда на глаз определила количество ищеек в зале.

Когда они начали говорить, она безошибочно узнала тех, с кем вчера столкнулась в саду, около пруда. И всё-таки тень сомнения закралась в душу девушки…Может, стоит остановить этот фарс, пока никто не пострадал…

Вчерашнее происшествие послужило ей хорошим уроком. Оно напомнило ей, что у Даровых она находится не в гостях, а в роли не понятно кого. И ей не следует расслабляться.

— Узнала? — требовательно спросил Демьян.

— Да.

— Так говори!

— Четыре и семь.

Арсений подался вперед, и теперь Мария увидела, как его брови удивленно приподнялись к верху.

— Надо же…

— Остальные свободны! — рявкнул Демьян.

Атмосфера в зале наэлектризовалась до предела. Тринадцать вышколенных вампиров покинули комнату. Те, что остались, продолжили смотреть вперед с лицами, на которых невозможно было прочесть ни одной эмоции.

И Мария отчетливо поняла, что если сейчас им Даровы скажут перерезать себе глотки — они это сделают…Откуда взялось это роковое убеждение, девушка не знала, но была уверена в нем.

А ещё она знала, что не допустит кровопролития по её вине, как бы негативно она не относилась к вампирам.

Те выполняли свою службу, чей-то злой приказ, и их смерть тяжелым бременем ляжет на плечи Марии.

— Что вы им сделаете? — спросила она, смотря на Демьяна, который тем временем не отводил горящего взгляда от бойцов.

— В случае не повиновения нашим приказам наказание одно, — будничным голосом сказал Арсений и пригубил бокал с бренди, стоящий на журнальном столике.

— Какое? — продолжала настаивать Мария, зная ответ.

— Смерть.

— Нет!!

Её возражение совпало ещё с одним женским возгласом.

С кресла, которое стояло в дальнем углу зала, и на которое Мария не обратила внимания, соскочила Мира и с растрепанными волосами выбежала на середину комнаты, и встала напротив братьев. Её симпатичное личико было искажено гримасой ярости, глаза горели красным огнем, девчонка едва сдерживала себя.

— Мира, сядь на место, — распорядился Арсений, и из его голоса, наконец-то, исчезли нотки обыденности.