Вместо ресторана друга Тимура я очень захотела, чтобы наше торжество прошло именно здесь. В нашем доме.

Смущаясь, опускаю взгляд, не отвечаю женщине. Слышится стук в дверь. Сестра заходит в комнату и ахает, увидев меня, накрашенную и в белоснежном платье.

– Мой Бог, – закрывает она ладонями рот, восхищенно рассматривая меня с ног до головы. – Боже! Тимур с ума сойдет!

«Сойдет», – шепчу мысленно и опять же улыбаюсь. Мне не терпится увидеть его выражение лица, когда он окажется напротив меня.

Мое настроение падает, потому что у двери стоит мама. Глаза у нее красные, без капли макияжа. Хотя она тоже любит баловать себя такими вещами. Я просила Машу не приводить ее. Да, чувствую себя злопамятной стервой, но никак не могу справиться со своими ощущениями, что я ей не родная. Несколько раз спрашивала у отца, скрывают ли они от меня что-нибудь. Но он уверил меня, что нет. Однако сомнения все равно пожирают меня изнутри. Не верю я, что родная мать так с дочерью поступить может. Не верю…

Стилист уходит, пожелав мне счастья.

– Мира, доченька, – шепчет мама, не сводя глаз с меня. – Прости меня, родная. Пожалуйста. Господи, какая ты у меня красавица.

Она подходит, обнимает очень крепко. На секунду я задерживаю дыхание. Она целует меня в щеку и сразу же отстраняется, стирая со своего лица слезы.

– Прости, что я как эгоистка вела себя с тобой. Прости, что поступила несправедливо. И… Будь счастлива, доченька. Пусть я выгляжу неубедительно, но ты знай: я действительно очень тебя люблю."

"Она уходит, даже не запирая за собой дверь и не дожидаясь моего ответа. Хотя, может быть, поступает верно. Потому что я даже не знаю, что ей сказать, как отреагировать на ее слова. Да, я все еще зла на нее.

– Ты реально красотка, – улыбается сестренка, пытаясь отвлечь меня, потому что я стою как вкопанная и смотрю, не вернется ли мать.

Отвернувшись, подхожу к окну. Внизу стоят несколько машин гостей. А потом подъезжает черный внедорожник Захарова. Он покидает салон автомобиля. Такой красивый, в черном костюме. С огромным букетом роз в руках. Волосы идеально уложены. Он поднимает голову и смотрит прямо сюда, в окно. На меня! Отправляет воздушный поцелуй и кладет ладонь в область груди. Он всегда так делает. Последние несколько дней довольно часто. Говорит, что я там и что он дышит мной.

Слегка махнув рукой, я снова кусаю губу. Тимур передает букет водителю, достает из кармана мобильник и, сто процентов, печатает мне сообщение.

– Маш, дай мне мой телефон, – прошу сестру, даже не оборачиваясь.

– Держи, – протягивает она мне его, и как только сотовый оказывается в моей руке, вибрирует.

«Выгоняй всех из комнаты. Я поднимаюсь».

Черт! Только этого не хватило. Он же не отстанет, пока меня не возьмет…

«Потерпи немножко», – отправляю в ответ.