– Хотя бы скажи, дом понравился?

– Понравился, – киваю, оглядываясь по сторонам. Врать не хочется, поэтому честно признаюсь.

– Ну хоть что-то. Пойдем обратно или останемся тут? Наедине…

– Не хочу я с тобой оставаться. Ты пристаешь постоянно.

– И тебе это нравится, – ухмыляется.

Я закатываю глаза.

Мы возвращаемся в дом Эмиля. Остаток времени Захаров проводит с друзьями, я же с девчонками. Милые такие и добрые. С ними приятно беседовать. Понимают с полуслова.

Часто перевожу взгляд на Тимура. Он уже несколько стаканов виски проглотил. Придется самой вести машину, но меня дико тянет спать. Не понимаю почему. Ведь я сегодня даже не работала. Не должна была устать.

Попрощавшись с ребятами, мы покидаем особняк Бестужева. Майор садится за руль автомобиля Тимура.

– Я подвезу, брат. Ты пьян.

– Мира умеет водить. Но она, как я вижу, уже засыпает. Привыкла к детскому режиму, – издает тихий, хриплый смешок Захаров. Мне его по голове стукнуть хочется! Желательно чем-нибудь тяжелым!

Я не отвечаю. Сажусь на заднее сиденье. Тимур, к моему удивлению, тоже.

Майор заводит двигатель, и автомобиль плавно трогается с места. Захаров то и дело шутит. То ли спиртное на него так действует, то ли просто настроение хорошее. Не пойму.

Машина тормозит у нашего подъезда. Не дожидаясь, пока Захаров откроет дверь, делаю это сама и выхожу наружу. Раздается какой-то грохот, от чего я вскрикиваю.

– Черт! – рычит Захаров. Он за секунду оказывается рядом, прячет меня за своей спиной. Я отчетливо вижу, как он тянется к поясу и достает из-за пояса оружие.

– Мира, сюда! – через гул в голове до меня доносится голос Тимофея.

– Уведи ее отсюда! Гордин! Немедленно! – кричит Захаров, а следом слышится несколько выстрелов.

От страха я цепляюсь за его плечо, бормочу что-то невнятное. Кажется, прошу пойти со мной, не отпускать. Но он буквально отталкивает меня от себя и орет, чтобы я ушла с майором."

"Не понимаю, что происходит, кто стреляет и откуда доносятся мужские голоса. Тимофей буквально заталкивает меня в подъезд, а потом в лифт. Тут светло, и я прихожу в ужас, увидев на своих пальцах кровь.

Кровь Захарова. Любимого мужчины и отца моих будущих детей.

ГЛАВА 36

Тимофей буквально заталкивает меня в квартиру. Быстро проверяет каждую комнату. Убедившись, что в доме, кроме нас, никого нет, тяжело выдохнув, идет к двери.

– Он ранен, – говорю, останавливая его в прихожей.

Чувствую себя отвратительно. Воздух, кажется, испаряется – и дышать становится нечем. Голова кружится невыносимо. Прижимаюсь к стене спиной, прикрываю глаза.

– С ним все нормально будет. Не бойся. Не выходи отсюда, поняла? Сам приду за тобой, – сказав, покидает квартиру.

Слышу щелчок и еще один. Он закрывает дверь на замок. Если даже я захочу выйти отсюда, то не смогу.