— А двери запирать вас не учили? Миранда вполне могла…

— Да, да, я знаю…"

"— А раз знаешь, следи за своими влюбленными мужчинами! Помни, что наша малышка это не деревенская корова, теряющая сознание от вида супружеской близости! Ее за ноги коридор не вытащишь!

— Я буду внимательней, простите! — взмолилась маркиза.

— Раз понимаешь, что виновата, рассказывай, а то не прощу!

— Что рассказывать? — сдалась Иришка.

— Все! — блеснула глазами леди.

Аола выдохнула как перед прыжком в полынью, подвинулась к тетке и зашептала в самое ухо.

— Золотистый жемчуг? Ожерелье? Такое длинное? Я тоже хочу! — азартно блеснули черные глаза.

Тихий шепот в ответ.

— Совсем голая? А он? Почему это мне должно быть стыдно? — голос Неели дрогнул.

Обреченный вздох и почти беззвучное продолжение.

— Да ладно? Марго ввалилась прямо в такой момент? И почему это я не должна смеяться?

Миловалася я с Касей на соломенном матрасе!

Вся родня сбежалася, пока я целовалася!

Сердитое бормотание в ответ.

— Потому что я за справедливость! И не дуйся! А дальше-то что?

— За кого она тебя приняла? Чего сосущего? Ах кровососущего? И все на этом?

Невнятный шепоток.

— А ты чего?

— А я убедилась, что Кас закрыл дверь, и продолжила ровно с того момента, на котором нас прервали.

* * *— Ох, Марго, Марго, расстраиваешь ты меня, — Тео задумчиво побарабанил пальцами по столу. — И что прикажешь с тобой делать?

— Да ведь я…

— Знаю, знаю… Ты не нарочно, оно само получилось…

— Так и есть! — деваха шмыгнула носом и басовито зарыдала.

— А может тебя сглазил кто? — Колобок поморщился, глядя на то, как девица размазывает по лицу горькие слезы. — Как тебе только в голову пришло рассказывать такие гадости о ее светлости?

— Я просто сон страшный пересказывала. Мне уж третью ночь видится графинюшка наша. Сама тоненькая, красоты неописуемой и силы невиданной! И что сотворить она может, то ни в одной сказке не расскажешь.

Монотонный речитатив завораживал, и ди Мартену потребовалось приложить усилия, чтобы сбросить с себя сонное оцепенение, в туманном мареве которого осенними листьями кружили неясные видения. Ясно различимой была лишь Аола, сияющая, манящая, совершенная.

— Помолчи-ка, девка! Знай свое место да не забывайся! Цыц! — он остановил, попытавшуюся было открыть рот Марго и задумался.

Ох и не проста оказалась эта шмыгающая носом любопытная дурочка. Она пусть и не до конца, но смогла сбросить с себя внушение Неели. Реальные события, свидетельницей которых стала Марго, стали для нее сонными грезами, но не ушли из памяти. Тео только читал о таких иммунных к воздействию магии людях, никогда прежде не встречая их в реальной жизни.

Очень редко рождались в Леории дети, на которых почти не действовала магия.