Понимаешь, если бы ты работала в полиции, если бы тебя принимали всерьез –  именно тебя, а не ниссарда Вилкинса –  все было бы по-другому! Тот же Рэмвилл допрашивал бы живых, а ты –  мертвых! Да ту же Юну никто бы не смог допросить, кроме тебя!

–  Не очень-то много она мне и сказала, –  уныло протянула я. –  Точнее –  внятного совсем ничего не сказала. Да и ты бы смогла поговорить с ней ничуть не хуже. Или любой некромант.

–  Не смогла бы, –  Кейлин плюхнулась на свой стол напротив и осуждающе уставилась на меня. –  Она же приютская.

–  Ну и что? –  я непонимающе вскинулась.

–  Какое это имеет…

–  Да самое очевидное. Эйфил –  название местечка неподалеку. Скорее всего, ее там нашли. Это не настоящая фамилия. Да и имена приютским детям часто коверкают или попросту дают новые. А мне, чтобы связать призрака и приказывать, нужно знать его имя. Настоящее, понимаешь? Имя души. Сама-то она точно бы ко мне не вышла и не стала так свободно говорить, как с тобой.

–  Не знаю, –  я отвернулась. –  Мне начинает казаться, что я просто, может быть, не создана для этого…

–  У тебя есть дар! –  обрубила Кейлин.

–  Значит –  создана! Знаешь, у магов, например, дар всегда соотносится с характером и склонностями. Да-да, и не смотри на меня так, я –  особый случай… и разносторонняя личность. В общем, не бывает такого, чтобы, скажем, дар земли достался человеку, который ненавидит цветочки. Нет, это всегда увлеченные садовники. Не бывает водников, не умеющих плавать или боящихся воды. Как и воздушников со страхом высоты. Твой дар –  тоже магической природы. И его можно использовать на пользу людям. Не смей опускать руки!

Я окинула медленным взглядом кондитерское изобилие перед собой –  и перевела его на лицо собеседницы.

Говоря откровенно, горячность новой подруги слегка ошеломляла, хоть я и слышала, что магички стараются ни в чем не уступать мужчинам.

–  Ты держишь чайную, –  констатировала очевидное. –  И печешь пирожные.

–  Угу, –  буркнула девушка. А потом, помолчав, вздохнула. –  Ладно. Все равно ты вряд ли растреплешь кому-то мою тайну… видишь ли, я не только кондитер. Я в самом деле… разносторонняя личность. Считается, что в Доревилле только один некромант –  старичок, служащий полиции.

Только ему давно пора на пенсию, и выезжать на нежить он очень не любит. Честно говоря, и давно не может. Предпочитает допрашивать свежих клиентов из прозекторской –  и то не всегда успешно. И все, кому надо, в городе знают: если вдруг покойный дедушка повадился являться и стенать по ночам, или какую дрянь увидели на кладбище, –  надо шепнуть нищему у центрального храма. Или тому же старичку из управления. Мне обычно даже не надо устраивать маскарад, как тебе.