– Лилит, прошу тебя, – взмолилась я, почти потеряв способность говорить.

Она взмахнула рукой, приказывая мне молчать, и медленно, словно подбирая нужные слова, как будто английский ей не родной язык, проговорила:

– Лилит больше не будет говорить с тобой. Вам больше не о чем говорить. Теперь ты будешь иметь дело со мной – ее демоном.

ЧТО?!

Стоящая напротив женщина, в белье, испачканном кровью, сунула руку в карман халата, вынула что-то – и через мгновение к моим ногам упал ключ, звонко звякнув о паркет.

– Я даю тебе фору в шесть часов и шестьдесят шесть минут, чтобы ты успела скрыться.

В твоем распоряжении весь земной шар, небо и земля, суша и вода. В твоем распоряжении люди, звери и слуги Господа – моли их о помощи. А потом я найду тебя, разрежу тебе живот и выну твою матку вместе со святым ребенком. И вот тогда я успокоюсь. Я обрету покой, который он отнял.

Дважды меня просить не пришлось. Я подняла ключ, воткнула его в замочную скважину и быстро повернула. Дверь распахнулась, я выскочила на площадку и побежала. Еще ни разу в жизни я не убегала так быстро.

* * *"

"Задыхаясь и плача, я вызвала полицию. Прохожие оборачивались, пока я орала в трубку адрес квартиры Саймона.

Потом я помчалась к автобусной остановке и запрыгнула в первый же подъехавший автобус. Кредитка в нагрудном кармане, паспорт, телефон и шесть часов шестьдесят шесть минут – вот и все, что у меня осталось. Разум убеждал побежать в ближайшее отделение полиции и попросить там помощи, но инстинкт самосохранения забраковал эту затею. Лилит узнает, где я. Она заявится в отделение и прострелит мне голову раньше, чем сидящий рядом коп скажет «ой». Бежать как можно дальше от Бостона, прочь из Америки, на другой континент!

– Куда едет автобус? – Я тронула за плечо сидящего впереди хиппи с копной кудрявых волос.

– Аэропорт, – ответил тот.

Я откинулась на спинку сиденья, сцепив пальцы в замок. «Боже, если это твоя рука, то веди меня и дальше…»

Мой телефон завибрировал, и я чуть не выронила его из рук, как только прочитала имя на дисплее. Мне захотелось закричать от ужаса, забраться под сиденье и больше никогда оттуда не выбираться.

Вызов шел от Саймона. Рингтон становился все громче, и мелодия, которая раньше всегда меня радовала в предвкушении разговора с доброжелательным парикмахером, теперь звучала страшнее музыки из фильмов ужасов.

Я сбросила звонок, отключила звук и…

Получила с номера Саймона сообщение: «Раз-два, в крови трава».

Я его удалила, нервно оглядываясь по сторонам. Но тут же прилетела новая эсэмэска: «Три-четыре, ружья в тире».

А потом сообщения посыпались одно за одним: «Пять-шесть, собачья шерсть». «Семь-восемь, башню сносит». «Девять-десять, кожа слезет».

Я их удаляла, но взамен сразу же получала другие: «Прыг-скок. Свинец в висок».