А теперь всех, кто ограничивал подвижность, – списало одним махом. И очень скоро рванёт народ вверх по лестнице…

Понятно, что первые, так сказать, «прибегут». Так не все же!

А больше никаких сюрпризов на лестнице нет!"

"Ладно, ждём, всё равно я тут ничего больше не придумаю.

Наступающие могут кидать наверх какие угодно «кошки», хоть тигра пусть забрасывают – это им мало поможет. Нет на лестнице никаких растяжек, нечего цеплять. А валяется на ступеньках кусок обыкновенного упаковочного картона. Впрочем, это он только на первый взгляд обычный. Внутри запрятан хитроумный замыкатель, от которого идет тоненький проводочек.

Вот не знаю от чего, но каждый человек почему-то наступает ногою именно на клочок бумажки, который лежит на полу. Не просто на линолеум или ступеньку, а именно на бумажку! Почему? А хрен его знает, какие-то выверты человеческой психологии, наверное…

Почему кошка залезает в открытый картонный ящик? Или ложится внутрь круга из верёвки?

Не знаю.

Но какое-то объяснение, наверное, есть и в этом случае.

Вот сейчас, так сказать, на практике я это и проверю…

Шорох, какое-то позвякивание… кидают «кошку»?

Еле слышное бормотание – шарах!

Взрыв ударил неожиданно, волна прокатилась по лестнице, поднимая ещё толком не осевшую пыль, а я уже несусь вниз! Бросок, и граната скрывается в промежутке между перилами. Авось до самого низу долетит…

Квартира, шкаф на себя, щелчок зажигалки – и ноги-ноги!

Меня толкает в спину уже на четвёртом этаже. И снова бьёт по ушам…

Но сидеть тут некогда – опять вниз! Опять бросок – вниз по лестнице скачет ещё и дымовая граната. Не зря же я её столько с собою таскал…

Спотыкаюсь – на ступеньках лежит мёртвое тело. Подхватываю его и, оттащив в сторону, падаю на пол, взвалив его на себя.

Крики!

Мимо, противно взвизгнув, пролетает отрикошетировавшая откуда-то пуля.

– Наверх!

Топот – словно стадо лосей бежит.

Мат-перемат…

– Туда! – кричу я, высунув из-под мёртвого тела голову. – В квартире что-то жахнуло тоже!

Часть народа сворачивает туда, остальные, спотыкаясь в клубах дыма, несутся наверх. Однако дышать-то стало крайне некомфортно!

Сдираю с мертвяка шейный платок, поливаю его из фляги остатками апельсинового сока и повязываю на лицо, оставив только глаза. Во – сразу полегчало!

А теперь взваливаю на плечи мёртвое тело и топаю вниз.

Внизу в подъезде столпотворение – мёртвые и ещё не совсем тела, кровища, крики, мат…

– Вот, – опускаю мертвяка на пол. – Жив вроде бы…

– А ты сам-то? – дергают меня за рукав. – Вон, бля, всё плечо в крови!

– Щас… – прокашливаюсь в ответ. – Мне б дыхнуть сначала…

– И то дело! Валяй продышись!

Продолжая кашлять, кое-как выбираюсь наружу и сажусь прямо на асфальт. Мимо бегают люди, сторонюсь, чтобы не затоптали.