Рухнул сам и завалил себя крышей.

Когда тростник рассыпался по земле, оказалось, что за хижиной стояло ещё четверо. Сборная солянка из живых и мёртвых, но зарычали они на меня одинаково. Захрипели и оскалились, повернув головы. Ещё и сами пощёлкивать начали, перещелкивая ритм, доносившийся от ведьмы.

Только я вскинул пистолет, как загрохотал пулемёт. Свалил всех четверых и разнёс в щепки следующую хижину, по сути, расширив обзор ещё дальше. Появился просвет метров на пятнадцать, где пока ещё не было фриков. Я сделал два контрольных выстрела, чтобы потом никто не зомбячил за спиной, и юркнул дальше. Проход, потом внутрь палатки, где в вещах рылись два живых «Искателя». Возможно, они там гниль учуяли — палатка принадлежала каким-то то ли барыгам, то ли подпольным химикам. Не знаю, зачем Датч их пустил, но, видимо, доверял. Где они сейчас сами было непонятно, возможно, как раз на охоте.

Фрики увлеклись. Щелчки на них не действовали, а от начальства в виде бригадиров, я их уже избавил. Увлеклись так, что не заметили меня, когда проскользнул внутрь. И тогда, когда я достал нож. И тогда…

В общем, уже понятно. Я перешёл в тихий режим. Щелчки ведьмы стали ближе, они буквально обволакивали, и, казалось, что щёлкает у меня прямо в голове. Я встряхнулся, но особого эффекта это не произвело, зато встрепенулся шакрас, выразив своё нетерпение, что ведьма всё ещё была жива.

Тут я с ним был согласен, выскочил из палатки и, стараясь не привлекать к себе нового внимания, направился к границе лагеря. К растущим поблизости деревьям, выбрал самое крепкое, которое могло меня выдержать, и скрылся в густой листве. Листьев было предостаточно, но ствол разрастись так и не смог. Первый метр, максимум два ещё хоть как-то всё держалось, но дальше дерево начало клониться от каждого моего движения. На высоте трёх метров я чуть не рухнул вниз, ветка под ногой подломилась, я клацнул челюстью о ту, что была передо мной. Не матюкнулся, потому что и так чуть язык не прикусил. Но удержался, слегка покачиваясь вместе со стволом. Полез ещё аккуратней, практически как по канату, и когда понял, что дальше уже только вниз по дуге вместе с макушкой, то остановился.

Замер. Тихонько покачиваясь на ветру. Как кузнечик на травинке, но лучше так, чем с кузнечиком в ухе за кровавым черепом ходить. Мне приходилось стрелять из разных положений, в том числе и в движении. Но пожалуй, не в формате маятника, обвив ногами дохлое деревце.

Зато обзор был отличный! Метров сорок до зомби-щита, над головами которых мне открылась верхняя часть ведьмы. Перемазанная кровью лысая голова, тонкие худые плечи, плоский балахон и две тощие, будто она сама скелет какой-то, жилистые руки. Она как заведённая продолжала отщёлкивать свой безумный ритм. И не устала ведь.