Выполню свой долг перед девушкой, которая стала заложницей моей ущербности, даже не зная о ней.

Это последняя мысль перед тем, как окончательно проваливаюсь в сон, так и не успев убрать руку…

- 17 Амиран -

А утром я просыпаюсь один. На часах еще очень рано, но Аси рядом нет. Подрываюсь и резко встаю. Черт, где она? Проснулась первой и просто ушла? А я даже не почувствовал.

Теряю хватку. Хотя ведь сон у меня всегда чуткий.

Жену нахожу на террасе. Она выглядит довольной и отдохнувшей. Ни следа какой-то обиды. Или я вообще ни хера не понимаю в женщинах.

- Доброе утро, - улыбается она, и я ловлю себя на мысли, что у нее очень красивая улыбка. Хотя что там... Она вся - словно статуэтка. Изящная, хрупкая. Нежная.

- Доброе. Ты рано встала.

- Прости, я уже позавтракала. Приготовить тебе что-нибудь?

Меня аж выворачивает, как я хочу согласиться. Хочу смотреть, как она будет стараться для меня, как накроет на стол и сядет рядом.

Совсем как моя мама когда-то…

Но я лишь качаю головой, отказываюсь.

- Не стоит. Кофе попью.

Ася, совершенно не расстроившись, кивает и снова углубляется в чтение. А мне скребет это ее равнодушие. В первые дни она реагировала не так. Я видел в ней желание угодить, позаботиться, побыть рядом. Видел и намеренно удерживал, старался выставить между нами дистанцию. Вот теперь даже не надо стараться, а мне погано на душе от этого.

Похоже, осуществить задуманное будет не так просто, как я предполагал.

- Если готова, можем выехать через полчаса, - сообщаю жене после завтрака. Ася кивает и уходит наверх. А я пытаюсь понять, почему мне настолько неуютно."

"Всю дорогу к Давиду мы молчим. Я не знаю, о чем говорит, Асия тоже, очевидно, не стремится как-то поддерживать общение. И именно в этот момент я впервые задаюсь вопросом - а что если она сама уже не против разойтись? Чисто теоретически, естественно. Не принято у нас разводиться. Что есть, то есть. Рустам сказал верно. Но я уверенно считал, что Ася, как послушная жена, будет полностью сосредоточена на мне, но сейчас-то вижу иное. Что если я ошибаюсь, и моя помощь ей ни к чему? Что если она легко согласится разойтись хоть завтра?

Это был бы идеальный выход для нас обоих. Но меня бесит, что шанс на это и правда есть.

Глухое раздражение царапает изнутри, и приходится прикладывать немало усилий, чтобы сдержать его.

На территории конюшни нас уже ждут. Стоит нам выйти, к нам уже идет Рахимов.

- Амиран! Наконец-то! - радостно говорит он, подходя и обнимая меня. - Рад, что выбрался.

- Ася, знакомься - мой друг Давид. А это моя жена - Асия.

Та смущенно улыбается и кивает.

- Рада познакомиться.

- Какая красавица, - одобрительно произносит Дава. - Но у тебя другой и не могло быть.

Ася смущается еще сильнее и неуверенно смотрит на меня, словно ищет поддержки.