В Дэмиене разлилось первое напряжение от пальцев Лорена на его коже, пока его сердце болезненно билось в груди.

Лорен сказал:

— Я не думал, что кто-то был настолько хорош, что смог добраться до тебя.

— Один человек, — ответил Дэмиен.

Лорен облизнул губы, медленно водя пальцами по этому призраку давно прошедшего боя. В этом была странная схожесть: брат вместо брата, Лорен так же близко, как был Огюст, и у Дэмиена еще меньше защиты; пальцы Лорена там, где его пронзил меч.

Внезапно между ними встало прошлое, совсем близко — только удар меча был четким и быстрым, а пальцы Лорена медленно скользили по ткани шрама.

Глаза Лорена поднялись — не к глазам Дэмиена, но к его ошейнику. Его пальцы дотронулись до золота, а большой палец скользнул по глубокой царапине в металле.

— Я не забыл свое обещание. Что я сниму с тебя ошейник.

— Ты сказал, утром.

— Утром. Можешь думать об этом как об обнажении своей шеи для удара кинжала.

Их глаза встретились. Сердце Дэмиена неровно колотилось в груди.

— Но он все еще на мне.

— Я знаю.

Дэмиен оказался пойман в этот взгляд, удержан им. Лорен впустил его внутрь. Эта мысль казалась невозможной, хотя Дэмиен ощущал себя внутри и сейчас, как будто преодолев какую-то внутреннюю критическую границу: он нашел теплое пространство между линией подбородка и шеей, где бывали его собственные губы, и губы Лорена, которые он целовал.

Дэмиен почувствовал колено Лорена, скользнувшее рядом с его собственным. Он почувствовал, как Лорен придвинулся к нему, и сердце Дэмиена заколотилось в груди, когда в следующее мгновение Лорен поцеловал его.

Дэмиен почти ожидал, что Лорен захочет вести, но поцелуй Лорена был целомудренным прикосновением губ — мягким, неуверенным, словно он открывал простейшие ощущения.

Дэмиен старался оставаться пассивным, сжимая руки в простынях, и просто позволил Лорену взять его рот.

Лорен устроился на нем, и Дэмиен почувствовал, как скользнуло бедро Лорена, как его колено оказалось в простынях. Ткань белой рубашки Лорена легко коснулась эрекции Дэмиена. Дыхание Лорена было неровным, как будто он стоял на высоком утесе."

"Пальцы Лорена нежно дотронулись до живота Дэмиена, словно заинтересованные ощущением, и весь воздух покинул легкие Дэмиена, когда интерес Лорена повел его в определенном направлении.

Его единственное прикосновение в том месте стало неизбежным открытием.

— Самонадеянность? — спросил Лорен.

— Это не… с целью.

— Мне помнится иначе.

Дэмиен был почти прижат спиной к кровати, и Лорен сидел у него на коленях.

— Все это сдерживание себя… — подразнил Лорен.

Когда Лорен наклонился, Дэмиен невольно положил руку ему на бедро, чтобы помочь удержать равновесие. И затем он понял, что сделал.

Дэмиен почувствовал, как Лорен осознает это прикосновение.