- У тебя ещё есть время передумать. Но скажи Иве Уорд, что я никогда не соглашусь, чтобы меня признали больным.

- Ива предложила психиатрическую экспертизу? - уже поднявшись, замираю я в ужасе. Да, это тоже вариант: признать его невменяемым. Его выпустят, только... Нет, нет, нет. Я никогда не сделаю это. И потому, что не считаю его больным. И потому, что... - тогда решения по всем делам, где ты выступал адвокатом, отменят и они попадут на пересмотр. И все эти люди, которым ты когда-то помог... всё это начнётся для них заново.

- И всё это случится и в том случае, если меня признают виновным, - снова мягко улыбается он.

За мной словно с лязгом захлопывается клетка. А его осудят, если выслушают мои показания. Выбора у меня просто нет."

"- Этого не будет, Том, - подхватываю я свои бумаги. - Я не передумаю. До завтра!

Вслед за Ивой, ничего не видя вокруг, я выхожу на улицу. И как назло почти врезаюсь в Ханта.

- Ива! - гневно разворачиваюсь я.

- Прости, - разводит она руками. - Это не в моих интересах, но я не могла ему не позвонить.

- Твоя повестка, - протягивает он свёрнутый лист бумаги. И я вижу только его красивую руку, узкий манжет, дорогую рубашку, застёгнутый пиджак. И галстук. Этот проклятый совершенно не подходящий к рубашке галстук, что рвёт мне на части сердце. Но я не сойду с этого места, если начну думать, как Эйв будет без меня.

- Разве её не должны были вручить лично? - разворачиваю я лист. И делаю вид, что смотрю, но буквы сливаются и складываться в слова упрямо не хотят. Но я должна. Должна взять себя в руки.

- Её принесли в офис, но поскольку тебя не было на работе, я взял на себя смелость её забрать. Но можешь порвать. Если я не ошибаюсь, это ничего не изменит.

- Не изменит, Эйв, - отворачиваюсь я.

- Анна, нам надо поговорить, - у него такой спокойный голос.

- Говорите, - делаю шаг в сторону и усмехаюсь, повторяя когда-то сказанные им слова. - Не буду вам мешать.

Но на самом деле на пустой площадке стоим только мы вдвоём. Ива болтает у машины с Сэмми. А из такси, на котором приехали мы, звучит музыка и торчит локоть разговаривающего по телефону водителя.

- Ан, я приму любое твоё решение. Но для меня это ничего не изменит.

- Ты и не сможешь ничего сделать, Хант.

- Ошибаешься. Я могу многое. Ты думаешь, меня можно испугать каким-то кольцом? Мне ведь ничего не стоит предупредить твоего Ривера, что одно моё слово, и он окажется в общей камере. И он не просто сядет на сорок пять лет, он даже до суда не доживёт.

- Ты не сделаешь этого, - впиваюсь я ногтями в ладони.

- Но я могу. И знаешь, страх смерти всегда сильнее страха где-то там на свободе иметь жену. Он откажется от этого брака.

- Не сделаешь, - упрямо качаю я головой, глядя в его холодные глаза.

- Нет, Ан. Но только потому, что пытаюсь уважать твои решения. Какими бы спонтанными они ни были.