Но карьеру Вася сделал знатную, его имя давно уже стало синонимом независимой журналистики и было известно каждому, кто хотя бы раз в месяц берет в руки газеты. В последние десять лет он плотно сидел на милицейской тематике и писал разоблачительные статьи про министров, их заместителей и начальников главков. Да, если уж кто и сможет разобраться в моих записях, то это именно Вася Злотник. Но он - величина. Несколько раз я слышал, что к нему на кривой козе не подъедешь, что Васька окончательно зазнался и превратился в обалдевшего от осознания собственной значимости мэтра. Неужели у моей маленькой пташки есть подход к нему?

- Вы знакомы с Злотником? - в моем голосе прозвучал неприкрытый скепсис.

- Это мой папа.

Господи, как по-детски она это произнесла: папа. Не отец. Папа. Ну ни фига ж себе! Да, я помню, на пятом курсе Вася женился, и потом кто-то говорил мне, что у него родилась дочка. Неужели вот это вот чудо в перьях и родилось? С ума сойти!

- Значит, вы - Лада Злотник, - зачем-то уточнил я.

- Ну да, - она обезоруживающие улыбнулась.

- А Ланская - псевдоним, чтобы не считали папиной дочкой?

- Да нет, Ланская я по мужу.

- О, так вы еще и замужем! Сколько же вам лет?

- Двадцать семь. А вы думали - сколько?

- Лет двадцать, - честно признался я. - Вы выглядите такой юной, просто школьницей.

- А я та самая собачка, которая до старости щенок, - Воробышек звонко рассмеялась-расчирикалась. - Между прочим, я уже давно не замужем, а фамилию оставила. Ну так как: моему папе вы доверяете?

- Пожалуй, да. Поговорите с ним. Если он согласится посмотреть материал, я передам дискету.

Лада помотала головой в знак отрицания.

- Папа ни за что не согласится брать чужой материал на дискете, он - пуганая ворона, знает, чем это может кончиться.

- А как же тогда? - я даже несколько растерялся.

- Он может прийти туда, куда вы скажете, и посмотреть материал прямо на компьютере. Или вы его распечатаете, он прочитает при вас и отдаст. Папа чужие материалы с собой даже на три метра не уносит. Знаете, с ним всякое бывало, он теперь очень осторожный.

Я заметил на улице Елену, она прошла мимо окна, слегка улыбнувшись мне, и поднялась по ступенькам к входной двери.

- Хорошо, Лада, - я подмигнул ей и добавил: - Васильевна, вы поговорите с отцом, а я буду ждать вашего звонка.

- Идет, - кивнула Воробышек.

- И спасибо вам за откровенность. Я могу себе представить, чего вам это стоило. Не беспокойтесь, я сегодня же скажу Марии Владимировне, что я отказал вам в интервью, когда вы обозначили тематику.

- И вам спасибо, - Лада заметила приближающуюся Елену и женским чутьем поняла, что ее время закончилось и пора уходить, - за понимание и за помощь.