И потом, есть сугубо деловые соображения. Если за каждым твоим шагом наблюдают, то в самое ближайшее время они поймут, что ты все вспомнил. И тогда тебе конец.

- С чего это они поймут? - удивился я. - С того, что я приехал к тебе? Так я тебя знаю как соратницу по лечению, мы с тобой за одним столом почти три месяца сидели. Наши встречи ни о чем не говорят.

- Ни о чем, - согласилась Елена, - до тех пор, пока я не начну проявлять активность и собирать для тебя информацию. Вот тут они забеспокоятся.

- И снова ты не права. Мы познакомились в санатории, ты мне понравилась, я тебя разыскал, тем более что при прощании ты оставила мне свои координаты.

Ты рассказала мне, что раньше была следователем, а я, в свою очередь, поделился с тобой замыслом книги о милиции. Что может быть естественней в таком раскладе, чем твоя готовность помочь мне с профессиональными деталями? Не вижу ничего опасного.

- Андрюша, ты забываешь, что имеешь дело не с писателями, а с офицерами МВД. Да, они будут думать точно так же, но потом поставят не точку, а запятую, и продолжат; но на всякий случай надо проверить, так это или не так. И если ты хоть одним взглядом, хоть одним звуком выдашь себя и дашь понять, что ты вспомнил или что мы с тобой давно знакомы, вся твоя конспирация полетит к черту.

- Могу тебе гарантировать, что я ничем себя не выдам, - гордо пообещал я. - О том, что память вернулась, будешь знать только ты.

- Более чем достаточно, - усмехнулась она. - Я могу сделать только один неосторожный шаг, обронить одно неосторожное слово - и на этом все закончится. Конечно, я постараюсь быть максимально осторожной, но дать тебе стопроцентную гарантию не могу. Это слишком большая ответственность.

Ты даже не понимаешь, как легко нас с тобой подловить. Поверь мне, я же все-таки бывший следователь. Мы будем покупать в магазине продукты и обмениваться репликами, а рядом будет стоять человек, вслушивающийся в каждое наше слово. Или мы будем сидеть в ресторане, а за соседним столиком будут находиться слухачи. Пойми, мы не сможем на двадцать четыре часа в сутки перевоплотиться в парочку, знакомую всего пять месяцев и практически не имеющую общего прошлого, кроме нескольких недель, проведенных в санатории. Такое перевоплощение требует колоссального напряжения и постоянной сосредоточенности, чтобы это суметь, надо долго учиться и тренироваться. Мы с тобой не сможем.

- То есть ты боишься? - сердито уточнил я.

- Это не трусость и не пессимизм, Андрюша, это трезвая оценка наших с тобой возможностей.

- Хорошо, - я принял решение и почувствовал даже нечто вроде прилива сил, - мы с тобой уедем на дачу. Там нас никто не увидит и не сможет подслушать, пусть думают, что я с тобой закрутил романчик на лоне природы подальше от жены.