— Спасибо, достаточно, — почти не разжимая губ отозвался Гидеон. И уже громко: — Показывай дорогу. Кого я назвал — со мной!

* * *

Когда-то шестнадцатилетняя Амелия испугалась величия королевского дворца. Должно быть, она и вовсе лишилась бы чувств, скажи ей кто, что под дворцом имеются еще целых четыре этажа. Даже сейчас, чем ниже они спускались, тем более жутко ей становилось. В сравнении с этим местом даже катакомбы СБ — уютное место для прогулок.

Джерри шел вслед за Гидеоном, Амелия — за ним. Мальчик озирался по сторонам огромными от удивления глазами. Испуганным он, впрочем, не выглядел, только взволнованным.

— Туда, — вел их назвавшийся Вальеном страж.

Как хорошо, что Амелия не бывала тут до того, как избавилась от своих ночных кошмаров. Вот о чем она подумала, увидев минус четвертый этаж. Иначе местом действия в ее страшных снах обязательно выступали бы эти душные темные коридоры.

Мэл задела стену плечом, оступившись в полумраке. Руку обожгло холодом и влагой даже через длинный рукав платья для верховой езды.

Вальен провел их в самый конец зловонного от нехватки свежего воздуха и влаги коридора, указал на обитую толстыми пластами железа дверь.

У Амелии ком встал в горле при одном взгляде на эту дверь.

Только не говорите, что это…

Не став церемониться и, вероятно, пачкать руки об ручку, Гидеон пнул открывающуюся во внутрь дверь ногой.

… Пыточная.

Старая, очевидно, заброшенная и давно не используемая, но самая настоящая пыточная. Казалось, на проржавевшем насквозь крюке, свисающем с потолка прямо по центру помещения, ещё можно было рассмотреть потеки старой, почерневшей от времени крови.

Гидеон шагнул внутрь первым, она, не получив никаких указаний или запрета, последовала за ним.

Джерри придержал за локоть тот маг, которого назначали главным по его защите. Вероятно, получил распоряжение ждать в коридоре, пока не позовут, заранее. Дверь захлопнули.

В помещении было трое. Принц, на сей раз не ставший обвешиваться золотом, зато четко знавший, куда направляется, и мудро облачившийся в теплый плащ, впрочем, сейчас распахнутый на груди. Незнакомый мужчина в темно-красной рясе. И Рэймер… Сердце Амелии пропустило удар.

Когда незваные гости ворвались в помещение, те двое мирно разговаривали и оба, как по команде, изумленно обернулись в сторону внезапно с грохотом распахнувшейся двери.

Монтегрейн не пошевелился.

Он сидел прямо на голом, покрытом черно-зеленой плесенью полу, прикованный за руки к стене. Голова опущена до самой груди. Белая рубашка испачкана все в той же плесени от стены, но не видно ни крови, ни следов побоев. И тем не менее ни движения, ни какой-либо реакции на столь шумное вторжение с его стороны не последовало.

От страха Мэл показалось, что он не дышит.