Машина на всём ходу врезалась в усача, заполнив улицы грохотом и скрежетом сминаемой стали.

Многотонная машина была так близка к тому, чтобы сбить мага, но налетела на остроконечный камень, вырвавшийся из земли. Камень прошел через броневик, заставив машину зависнуть в воздухе. Тут же открылись люки, и из них попытались выбраться выжившие бойцы, но усач снова щелкнул пальцами.

Из камня выросли длинные иглы и прошили насквозь как стены машины, так и всех, кто находился внутри. Маг развеял заклинание, его доспех осыпался пылью. Усач небрежно стряхнул сор с плеча, засунул руки в карманы и пошел к следующему зданию, кажется, это было отделение полиции.

Судя по всему, он собирался уничтожить полицейский участок, точно так же, как только что поступил с госпиталем.

Елизавета Максимовна, дрожа всем телом, опустилась на пол и прошептала:

— Что происходит? — И тут в разум женщины ворвалась мысль, заставившая её паниковать. — Мишка!

Вскрикнув от ужаса, она рванула к двери. Нужно спасти сына. Любой ценой.

* * *Талица.

Часом ранее.

Город объят паникой. Неизвестный спалил продовольственные склады. По улицам рыщет военная полиция в поисках виновных.

Правда, они понятия не имеют, где и кого искать.

Капитан Гаврилов же завалился в кабак и пил с вояками, которые с радостью составили компанию разорившемуся фермеру, которым и прикинулся Гав. Сказал, что продал всё имущество и теперь празднует начало новой жизни, попутно купил всему бару выпить. Служивые должны были стать щитом против возможных обвинений.

Играла весёлая музыка, девицы плясали на сцене, бодро размахивая юбками и демонстрируя стройные ноги, повсюду звенели бокалы. Атмосфера царила праздничная. Зайди сюда — и в жизни не скажешь, что город на военном положении.

Обычный кабак, где пьют, радуются и ищут, с кем скоротать ночь.

— Так, а чё ты закрылся-то? — спросил солдат, балансирующий на грани алкогольного отравления.

— Так это. Как тут не закроешься-то? В амбар снаряд попал, всех хавроний на клочки разорвал. Коровы от страха молоко перестали давать, ну а курей Архаровцы украли, когда отступали, — ответил Гаврилов и долили служивым коньяку.

— Архаровцы могут. Те ещё твари, — ухмыльнулся солдат, а Гаврилов сдержался, чтобы не дать тому в морду.

По молодости капитан частенько влипал в передряги из-за вспыльчивого нрава.

Пара проваленных заданий заставила задуматься о том, что гнев это, конечно, оружие, но чаще оно направлено против тебя самого. Вот и стал он пытаться контролировать эмоции. Да не всегда получалось, но на подобные оскорбления он больше не реагировал.

— Ага. Есть такое де… — сказал Гав и осёкся на полуслове, так как сотовый завибрировал.

— Чё там? Коллекторы звонят? — весело спросил боец, сидящий справа. — Ну, зови их сюда, мы им зубы пообломаем.