— Ты знаешь, что отец расстался с женой?

— Не просто расстался, Вадь, развёлся.

— Это так странно… — задумчиво уставился он в потолок.

Странно было, что они заговорили об этом только сейчас, спустя целую неделю, что Ирка провела у него в Москве. Хотя нет, не странно. Им было так интересно, так уютно и так легко вместе, что не хотелось впускать в свою жизнь никого и ничего. Ни прошлое, ни неприятное. Не хотелось думать о других людях. Не хотелось думать вообще ни о чём, кроме того, как им хорошо вместе. Какими бесконечно счастливыми можно быть, если не выяснять отношения, ни в чём друг друга не подозревать, не обвинять и не обижаться.

Жаль, что нельзя так прожить всю жизнь.

— Я же говорила, что мы её победим, — ответила она про Ольгу Александровну. — И мы победили.

— Но как? — удивился Вадим.

— Лучше не спрашивай, — покачала головой Ирка. — Прими как данность. Если отец тебе ничего не рассказал, я тоже не буду. Какая уже разница.

— Отец бы и не стал. Он позвонил сказать, что освободил дом — я могу делать с ним что хочу.

— И это всё, что он тебе сказал?

— Ну да. Ещё добавил, что с Ольгой Александровной они расстались.

Ирка тяжело вздохнула. Видимо, их паровоз так быстро не сдвинешь — им обоим нужно время.

— Думаю, этого и достаточно, — ответила она. — Не всё сразу.

— В каком смысле?

— В том, что любой путь начинается с первого шага и твой отец его сделал. Шаг к тебе.

— М-м-м… — промычал Вадим и никак не прокомментировал. — Как там Север?

— Как там Нора? — парировала Ирка.

— К чёрту её, — отмахнулся Вадим. — Она ничто.

— Ах да, я неправильно спросила. Как там Друг?

58

Если Ирка и строила какие-то планы на эту поездку, то, наверное, единственный пункт — выяснить всё про эту неизвестную бабу, которая не выходила у неё из головы.

— Друг? — удивился Вадим.

— Как её хоть зовут?

— Хм… — развернулся он, чтобы посмотреть на Ирку. — Кто тебе про неё сказал?

— Много кто. Анфиса, например.

— А Макеев? — уточнил Вадим.

— Конечно, — кивнула Ирка. — И он тоже.

— И что они тебе сказали?

— Ну, что ты с ней уже много лет. Что она лишила тебя девственности. Что если мне и стоит к кому ревновать, то именно к ней.

— Так ты только из-за неё прилетела? — усмехнулся он.

— Ну ты же прилетел из-за Макеева. Если бы он не приехал тогда, ты бы, наверное, так и не собрался.

— Я собрался, Ир, — сел Воскресенский. Натянул домашние штаны. Подал Ирке халат. — Я уже в аэропорт ехал, когда нам устроили чёртов взлом. Я могу тебе даже билет показать. Макеев вообще ни при чём, хотя, конечно, и озвездюлился, потому что заслужил. И хрен уже с ним. Лучше вообще не иметь друзей, чем таких, — он покачал головой и потянул её за руку. — Пошли!"

"— Куда? — поднялась Ирка.

— Познакомлю тебя с Другом.

И он распахнул дверь в святая святых — свой рабочий кабинет.