Эркюль Пуаро вздохнул и снова покачал головой:

– Это не согласуется с моими идеями.

– А что собой представляют ваши идеи?

– То, что вы мне рассказали, очень озадачивает. Потому что, если вы правы...

Дверь бесшумно открылась, и Жорж почтительно пробормотал:

– Прошу прощения, сэр, но...

Он не успел договорить. Мисс Глэдис Невилл оттолкнула его и ворвалась в комнату. По ее лицу текли слезы.

– О, мосье Пуаро...

– Ну, я пошел, – быстро сказал Джепп и тут же удалился.

Глэдис Невилл устремила ему вслед ненавидящий взгляд.

– Этот человек... этот ужасный инспектор Скотленд-Ярда сфабриковал дело против бедного Фрэнка!

– Ну-ну, не стоит так волноваться.

– Но это правда. Сначала они заявили, что он пытался застрелить мистера Бланта, а теперь вдобавок обвиняют его в убийстве бедного мистера Морли!

Эркюль Пуаро кашлянул.

– Я был в Эксшеме, когда стреляли в мистера Бланта, – сказал он.

– Но даже... даже если Фрэнк сделал такую глупость... – запинаясь продолжала Глэдис Невилл. – Понимаете, жена мистера Бланта была богатой еврейкой, а Фрэнк принадлежит к «Имперским рубашкам» – они маршируют со знаменами, отдают нелепые салюты и подстрекают безобидных молодых парней вроде Фрэнка к тому, что у них называется патриотическими поступками.

– Мистер Картер избрал подобную линию защиты? – осведомился Пуаро.

– Нет. Фрэнк клянется, что ничего такого не делал и вообще никогда раньше не видел этого пистолета. Я не говорила с ним – мне не позволили, – но его адвокат мне передал, что Фрэнк считает все это подтасовкой.

– И адвокат, очевидно, придерживается мнения, что его клиенту лучше придумать что-нибудь более правдоподобное?

– С юристами так трудно. Они ничего не говорят прямо. Но меня беспокоит обвинение в убийстве. Мистер Пуаро, я уверена, что Фрэнк не убивал мистера Морли! У него просто не было на то причины.

– Это правда, – спросил Пуаро, – что, когда он приходил в то утро, у него еще не было никакой работы?

– Я не понимаю, мосье Пуаро, что это меняет. Какое имеет значение, получил он работу утром или вечером?

– Но ведь он утверждает, что пришел сообщить вам о своей удаче. А выходит, что никакой удачи не было. Зачем тогда он приходил?

– Понимаете, мосье Пуаро, бедняга в тот день совсем пал духом, и, говоря откровенно, думаю, что он был немного выпивши. Спиртное ударило ему в голову, и он пришел на Квин-Шарлотт-стрит разбираться с мистером Морли. Фрэнк очень чувствительный – его сердило, что мистер Морли неодобрительно о нем отзывался и, как он выражался, «пудрил мне мозги».

– Значит, он намеревался устроить сцену в рабочее время?

– Ну... боюсь, что да. Конечно, это была дурацкая затея.

Пуаро задумчиво смотрел на плачущую светловолосую девушку.