От нечего делать подошла к небольшому зеркалу, рассмотреть себя как следует до этого момента не успела, всё бегом.

— А я вполне хорошенькая, простенькая, но это только потому, что Ульяна не могла себя подать! Миниатюрная, светленькая, губы пухленькие, глаза голубые, обычная славянская внешность. Но одной внешности, чтобы получить должность не хватит, без статуса я пустое место!"

"Не успеваю привести волосы в порядок, дверь раскрылась, и на пороге возникла тучная, но поразительно энергичная женщина в старинном капоре и цветастой шали.

— Вот ты хгде! Собирайся домой! За тебя сватают управляющего в купеческой хгильдии, он на очень хорошем сЩету (она именно так произнесла эти слова, ошарашив меня натиском) и долхг спишуть! Собирайся! Тфу ты-нуты! Ну а волосы на кой обкрыжила! Горе луковое! Кому ты без косы нужна!

— А-а вы кто-о? — шепчу, но уже начала догадываться. И неожиданно поняла неистовую мотивацию Ульяны, она так не хотела возвращаться к тётке Агафье, что готова была грызть гранит науки без соли и перца, только бы выцарапать для себя лучшую жизнь.

Что-то стало очень жаль девочку, да и себя!

Но она нашла на меня «покупателя» и готова силой утащить с собой.

Глава 10. Жених где-то в засаде?

— Сударыни, что происходит? Почему посторонние в преподавательских комнатах?

О, этот строгий спасительный голос из-за спины тёти Агафьи. И так вовремя, у меня совершенно нет аргументов, чтобы выпроводить внезапно свалившуюся на мою голову «родственницу».

Она третий раз настойчиво приказала собраться и на выход. И, скорее всего, её каркающий голос накликал на неё же неприятности.

Старшая преподавательница очень строго посмотрела на нас, я молчу, тётка поджала пухленькие губы, отчего они окончательно приняли форму маленького бантика. Белёсые глаза выкатились, и я представляю, что будь мы не в Институте благородных девиц, а на рынке, то мало бы никому не показалось.

— Сударыня, вашей племяннице предстоит получить документы, и в казначействе расписаться и забрать накладной лист. Так что, будьте любезны, покинуть корпус, когда мы Ульяну официально объявим выпускницей, она сама вернётся домой! — снова настойчивый голос старшей преподавательницы.

— И кохда этот примечательный момент наступит, и снизойдут до нас простых смертных образованные девицы? Жених долго ждать не будет! Найдёт себе другую, а Улька останется в долгах, как шелках. А Варька, и ты тут! Проследи, чтобы наша стрижена кошка не сбежала, головой отвечаешь! Жених сам её заберёт, он уж собрался, — прорычала Агафья, как огромная баржа развернулась и вышла, её южное «г» и вид, наводит на мысли, что мы с ней не родственницы, надо бы расспросить Варвару Степановну. Она стоит тут же, румяная от смущения, слишком некрасивый инцидент у нас и без того всё ужасно.