Я старалась не прислушиваться, но все же обрывки фраз до меня долетали, и по ним я поняла, что папа и брат были на моей стороне. Не знаю, от кого в маме взялись эти пуританские взгляды «до свадьбы ни-ни», но самым обидным было то, что в случае брата она истерик не закатывала и рукоприкладством не злоупотребляла. Как раз наоборот, чуть ли не по головке его гладила. Так почему же Игорь молодец, а я — распущенная девка?!"

"Когда в мою дверь начали ломиться, я не выдержала и заткнула уши наушниками. В голове тут же раздался голос Зейна Малика, и его ремиксованная песня «She» надёжно заглушила гневные мамины вопли.

После Зейна сменил Андрей Леницкий с песней «Люби меня», и я с печальной улыбкой попыталась представить, чем сейчас занимается мой Демон. Вероятнее всего, развлекается где-нибудь с друзьями и в ус не дует.

В своей комнате я провалялась до самого вечера. Аппетит пропал ещё днём, когда нарвалась на «недовольную» развратным поведением дочери маму, так что единственной пищей в моём желудке был лишь утренний омлет. Перед глазами вновь встал образ Кирилла, но очередной громкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

— Ксения, открой дверь, — услышала я уже успокоившийся, но всё ещё напряжённый голос мамы. — Нам нужно поговорить.

— Разве ты сказала мне не всё, что хотела? — истерично крикнула я в ответ. — Или ещё остались неиспользованные оскорбления, о которых ты забыла?

— Не смей повышать на меня голос!

— Или что? Снова меня ударишь?!

За дверью послышался тяжёлый вздох, а затем — удаляющиеся шаги.

Я вскочила на ноги и заметалась по комнате. Почему же взрослая жизнь — такая чертовски несправедливая штука? Или это просто моя мама настолько непробиваемая, что проще со стеной договориться?

Беглый взгляд на телефон.

Десятый час. За окном — непроглядная темень, но это именно то, что мне сейчас нужно. Пользуясь тем, что в свою комнату я проскочила в верхней одежде, натянула на себя тёплые джинсы, толстовку, в которой была накануне, зашнуровала ботинки и, пытаясь справиться с дрожью в пальцах, застегнула куртку на все замки и пуговицы. Вдохнула поглубже — всё-таки, впервые в жизни позволяю себе поступить опрометчиво — и тихо выскользнула из комнаты.

Самым сложным было прошмыгнуть незамеченной мимо гостиной, но когда ты уже полностью экипирована, бояться нет причин.

Я немного повозилась с замком, а после выскочила в подъезд, громко хлопнув дверью, за которой тут же послышались крики.

По ступенькам вниз я не бежала — летела, потому что крики плавно покинули пределы квартиры и теперь звучали уже в подъезде. Боясь быть пойманной, я стрелой вылетела на улицу и, прошмыгнув в свою машину, которая пылиться здесь уже сутки, на автомате завела двигатель и рванула с места в карьер.