А всё потому, что я не могла понять, как Кир на самом деле ко мне относится…

Продрогнув до самых костей, я тряхнула головой и вошла в свой обшарпанный подъезд, уверенная, что жизнь сама всё расставит по своим местам.

10. Кирилл"

"— Говорю тебе, он влюбился, — в сотый раз услышал я голос Кости, который неистово спорил с Максом. — Просто он ещё как слепой котёнок — нифига этого не видит. Ну или полный придурок, потому что отказывается признать правду.

Я недовольно нахмурился.

— Эй, я вообще-то здесь, если что, и всё слышу.

— А толку-то, если ты отказываешься слушать? — парировал Костя.

 — С тобой всё стало понятно ещё тогда, на даче у Егора. Думаешь, я не видел, как ты смотришь на девчонку? Словно слепой, узревший солнце.

Мои брови удивлённо взлетели вверх.

— Неужели? Во-первых, ты понятия не имеешь, о чём говоришь, а во-вторых, ты был в стельку пьян, и мало ли чего тебе там померещилось.

Друг усмехнулся.

— Я, может, и был пьян, но уж точно не слеп, в отличие от тебя. И чем больше ты выстёбываешься, тем хуже тебе будет.

Меня уже начал раздражать весь этот психоанализ.

— Давай так: либо мы сейчас все вместе культурно отдыхаем, либо я сваливаю отсюда нахрен, — поставил я условие.

— И я даже знаю, куда он свалит, если мы не согласимся на первое, — фыркнул Лёха. — Точнее, к кому.

Я запустил в его ухмыляющуюся физиономию диванной подушкой.

— Всё-то ты знаешь, Эйнштейн хренов, — буркнул я.

Лёха ловко увернулся от моего импровизированного «снаряда», и теперь подушка плавно скользила по дорожке прямо к ровно выстроенным кеглям. Правда, до них она так и не добралась.

— Да тут не надо быть Эйнштейном, у тебя всё на роже написано.

И отстойный из тебя снайпер, знаешь ли, — захохотал друг.

Рядом на диван плюхнулся Макс и протянул мне бутылку пива. Я с недоверием уставился на него.

— Что, опять?!

— Не опять, а снова, — хмыкнул он в ответ. — К тому же, в прошлый раз это был коньяк.

— Да какая, к чёрту, разница, если итог всегда один и тот же — мы по уши в дерьме.

Парни переглянулись и заржали.

— Ну, ты-то может и в дерьме, а вот мы называем это «весело проводить время». И вообще, — он повернулся ко мне всем корпусом, — с каких это пор ты стал таким осторожным? Прямо примерный семьянин!

Недобро стрельнув глазами в Макса, я всё же принял бутылку — чтобы от меня, наконец, отвалили — и принялся наблюдать за тем, как Егор и Лёха пытаются сбить шарами вместо кеглей брошенную мною подушку.

Пиво оказалось каким-то нескончаемым. Уже после, когда рассудок затуманился, я понял, что Макс просто с профессиональной ловкостью подменивал мою бутылку. И при этом не пил сам до тех пор, пока не удостоверился в том, что я дошёл до нужной кондиции.