Чертово недомогание настигает опять. Кац касается меня, кладет сухую ладонь на мой лоб.

— Тебе плохо?

— Пить хочу…

Окидывает меня странным взглядом, а я сжимаю в руках ножку бокала с водой.

— Приступай к еде.

— Перед тем, как начать завтрак, у меня ежедневный ритуал. Нужно один стакан выпить.

— У меня зреет мысль показать тебя врачу.

— Была около месяца назад. Все анализы в норме.

Наконец, отставляю бокал и отправляю ложку каши в рот, затем вторю, третью. Жую с аппетитом. Неожиданно даже.

— Куда так вырядилась?

Иван задает очередной вопрос после того, как я откалываю ложку, опустошив тарелку полностью.

— У меня сегодня примерка перед показом. Я ведь гостья в твоем доме, Иван, а не пленница, и у меня есть работа, которую я не собираюсь оставлять.

Откидывается на стуле, смотрит так внимательно, прощупывает, а я смущение прячу за бокалом, из которого осторожно отпиваю прохладную жидкость.

— Подумай о моем предложении, пока Монгол тебя отвезет, — отвечает ровно, — с сегодняшнего дня он в ответе за тебя. Считай его своим телохранителем.

Так и хочется по-детски ляпнуть: “Только не он!”.

— Так тюремный надсмотрщик теперь называется?!

Приподнимаю бровь, ну не могу я не подергать тигра за усы.

Не нравится моя бравада.

Внимательный взгляд скользит по моему лицу, шее, сползает в вырез платья.

Я одета броско, но все же пошив платья скромный, так что мужчина многого не видит, только ощущение такое, что ему одежда не мешает видеть меня всю насквозь.

— Для заключенной ты излишне языкастая. Дерзкая. Пока меня это заводит, но перегибать не советую. У меня есть подвал в поместье, вот там все условия, близкие к реалиям тюрьмы, затхлый запах и влажные стены с капельками воды, которые своей монотонностью сводят с ума.

Там время течет незримо и секунды кажутся часами. Думаю, что моя спальня сильно отличается от карцера.

Говорит как бы между прочим. Взгляд исподлобья. На мгновение ощущаю двойное дно сказанного. Кац знает, что такое тюрьма. Он сидел.

Я ведь совсем не знаю мужчину, с которым вынуждена жить. На мгновение он позволяет заглянуть мне внутрь себя, тонкая грань и я опускаю взгляд, становится не по себе.

— Считаешь меня неблагодарной?!

Спрашиваю, прогоняя тошноту.

Проклятая вода часто провоцировала рвотный позыв вначале, не могу понять, почему ощущения вернулись?

Нервы, наверное.

Поднимает мое лицо, присматривается.

— Скажем так, пока мне интересно открывать твой характер. Если бы ты не встретила меня, не было бы и проблем. Ты так считаешь. Может, права, но твой цветочек с яйцами всегда мог продать тебя если не мне, так другому. Твоя судьба была предрешена изначально. Быть настолько красивой — наказание. Ты манишь, совращаешь одним взглядом, жестом. Я тебя хочу.