Пока же главным в этом военном предприятии я назначаю тебя. Всё ли ясно?

– Так точно, ваша светлость, ясно, – ответил Алексей, рассматривая карту. – Спасибо за доверие. Но в деталях вопросы у меня, конечно, будут. Нужно пока всё самому обдумать.

– Само собой. Обдумывай, генерал, ещё не раз с тобой поговорим. А пока обустраивайся. Пусть твои егеря отдыхают и набираются сил перед предстоящим походом. Чтобы уж совсем не заскучали, со следующей недели определяй их в караулы и дозоры, ну а за неделю до выхода мы вас от них освободим.

За отведённое ему время полк отдохнул и выстроил полевой лагерь. Стояли в ряд выцветшие солдатские палатки, выделялись среди них офицерские и штабные шатры. По внешнему периметру виднелись набитые колья и связанные между собой рогатки. В небо уходил дым от множества костров, на которых готовили в котлах привычную солдатскую еду: варево из дроблёной пшеницы с салом и мелко порезанными кусками мяса.

– Так-то грех жаловаться, неплохо тут кормят, – проговорил шедший в заступающей караульной смене Южаков. – Вчера на отделение из провиантского магазина цельную баранью ногу отрубили и с рёбрами в мешок положили.

– Да там с неё мяса-то, небось, фунта три всего было, а так всё больше кости, – заметил шедший рядом Лыков. – Чего-то я не заметил особо в каше изобилия. Али у ширванцев тут бараны с кроля́ ростом?

– Не-е, какие там три фунта, все пять точно будет, Тишка, – не согласился Южаков. – Ну и костей столько же. Вон у Лошкарёва спроси, он со мной к провиантским вчера ходил.

– Пять точно было, – услышав, подтвердил тот. – И сала с кулак. Ещё бы на полевых кухнях это готовить, как в Польском походе, а не как сейчас, когда каждый у своего котла.

– Ну ты и скажешь, Нестор – полевые кухни, – усмехнувшись, проговорил Южаков. – Попробуй их сюда затащи в горы. Да у них оси на первом же перевале треснут, а колёса отвалятся.

– Кто такие?! Куда?! – послышалось впереди. – Пароль говори!

– Берёза! – донёсся голос командира егерей. – Отзыв?!

– Сосна! – пробасил унтер. – Ваше благородие, вы уж не обессудьте, сейчас старший караульной смены подойдёт, велено через него только из лагеря выпускать.

– А запускать? – спросил с усмешкой офицер.

– И запускать тоже. Таков уж порядок. А вот и он сам.

Со стороны небольшого земляного укрепления с установленной среди корзин с камнями пушкой подошёл высокий пехотный офицер в чёрной двубортной шляпе.

– Штабс-капитан Крутецкий, Московский мушкетёрский, – представился он, окинув взглядом отряд."

"– Подпоручик Жалейкин, лейб-гвардии егерский. – Командир егерей козырнул.

– О-о, соседи, – с улыбкой заметил пехотинец. – Я смотрю, на касках хвосты приметные и два погона на плечах.