И я была настолько счастлива в этот момент, что забыла одну простую истину: Драконы ведь не люди, хотя и обращаются в людей.

Как только часы пробили полночь, в зале вдруг стало ярко как днём - это над потолком вновь появились белые магические светильники.

Даррен убрав полог, поднялся с трона, приветствуя свой народ.

- Клан, - рыкнул лаэрд и ничего в нем сейчас не напоминало того мягкого и доброго Даррена, что нежно целовал мои губы минуту назад. - Этот оборот светила принес нашему клану много добрых вестей. Но, как и раньше, прежде чем мы начнем, присутствует ли кто - либо в зале, у кого есть вопросы к лаэрду? Говори, клан! Сегодня твоя ночь.

- Нет.

- Нет вопросов...

- Раддорвиеры верны своему лаэрду!

- Мы умрём за тебя, наш вождь!

Крики повторялись бесчисленное количество раз, пока Даррен не вытянул руки, чтобы прервать возгласы клана.

- У меня есть вопрос, - вдруг задался глухой мужской голос.

- Не имеешь права, - тут же зарычал один из драконов, и я узнала в нем Игвара, того самого, что когда то издевался надо мной. - Ты только гость здесь, а не сын клана.

- Не Раддорвиер! - поддержали бывшего начальника охраны остальные драконы.

Я с опаской посмотрела на Даррена - и тут же заметила, как по лицу его пробежала довольная, хищная ухмылка.

- Гостям мы рады... когда гости не забывают, что они в гостях, - ощерился муж. - Говори, пустынник.

От Даррена повеяло силой - и мужчина, упав на колени, тяжело прохрипел:

- Ради мира с Черными драконами, пустынники пожертвовали своей главной драгоценностью - дочерью лаэрда. Где дочь моя, Даррен эль Раддорвиер, где Раяна? Не чувствую я её среди живых.

- За вирой, значит, пришёл, - хмыкнул Даррен.

- Своё требую.

- Никто не может обвинять лаэрда Черных Драконов, - рыкнули в один голос Макдим, стоявший неподалёку от трона, Ингвар, презрительно взиравший сейчас на чужого лаэрда, и сотня других голосов.

Даррен снова вскинул ладони, прося тишины."

"- Твоя дочь жива, хотя подняв руку на одну из нас, на тию лаэрда Черных Драконов, она заслуживала как минимум мучительной смерти. Фарретдин может засвидетельствовать.

Целитель и мудрец, вышедший вперед, почтительно склонился перед Дарреном.

- Точно так, лаэрд.

- Фарретдин, - протянул чуждой лаэрд - Ты... ты ведь тоже родился в нашем клане.. Как же... Как ты мог предать наш клан?

Целитель и мудрец, таинственно улыбаясь, прикрыл глаза.

- Я служу своему клану - его будущему. - Снова поклонившись Даррену и мне, мудрец произнес. - Раяна жива, хотя и заслужила казни за свой поступок.

- Но, растерялся лаэрд пустынников.

- Все слышали? - воскликнул Даррен и зал взревел оглушительными криками.

- Что ж... - пораженно кивнул приклонённый лаэрд.