— Это что, мозги? — фраза прозвучала брезгливо.

Зайка круто развернулась, губы с родинкой в уголке надулись.

— Ага.

Желудок скрутило узлом, Иэн непроизвольно поморщился.

— Фу, боже. И их кто-то покупает?

— Как видишь, да, — одна бровь Джеммы картинно выгнулась. — Причем неплохо.

— Что с ними делать вообще?

Тупой вопрос. Но, чёрт, что за дрянь!

— Господи, — Джемма устало закатила глаза. Переложила свёрток из одной руки в другую и вытянула вперед. — Можешь оставить себе, пригодятся.

И она с ожиданием уставилась на него. С неподдельным ожиданием. Секунду… две… три… И вот уголок губ с родинкой приподнялся в едва заметной улыбке.

Вот же… засранка!

— Пхах! — вырвалось из груди до того, как Иэн успел сдержать порыв.

И едва заметная улыбка растянулась в настоящую… Несмелую, но настоящую. В грудь ударил огненный шар, мгновение вдруг замерло, он задохнулся.

— Ладно, видок правда не очень, — тем временем снова заговорила Джемма, развернулась к морозилке и небрежно закинула свёрток в камеру. — Но, если предлагать постояльцам приготовить, некоторые с радостью соглашаются и доплачивают, как за деликатес.

Она захлопнула дверцу, встала с корточек и двинулась к столу за вторым пакетом. Улыбка погасла, всё внимание сосредоточилось на содержимом. Иэн не стал отвечать. Просто тихо вышел из кухни и размашисто двинулся через бар.

Нет. Всё-таки Престон был на редкость удачливым козлом. Крепкий бизнес, очаровательная жена, маленькая девочка (возможно, дочь)… И для того, чтобы, наконец, всё это приобрести, ему понадобилось всего-то выжить сына. Столько лет он был никому не нужным, резким, неприятным отцом-одиночкой, за двадцать один год не привёл ни одной женщины в дом, и вот.

Жена, дочь, успех.

Минус один, плюс три. Хоть к старости его уравнение с лишним корнем решилось.

Ну и что пошло не так?

Всё ведь шло неплохо. Относительно. То есть раньше было хуже, а сейчас они поговорили дольше двух минут и даже с юмором, а потом… Что случилось? Он просто свалил. Джемма обернулась и уже не обнаружила вытянутый кардиган и джинсы с дырами на все колени в дверном проёме.

Чёрт бы его побрал!

Она выпустила из рук пакет и тяжело рухнула на стул. Тупо уставилась в опустевший проход.

Только что в комнате будто потеплело на пару градусов, по шее и рукам всё еще бегали мурашки от пристального наблюдательного взгляда… но теперь плечам вдруг стало холодно. Джемма сорвала куртку со спинки стула и набросила на себя.

После вчерашнего появления Мии казалось, что дальше только война. Холодная, жестокая война. Его предположение насчёт отцовства и «улики» в виде цвета волос напрочь лишили Джемму остатков терпения. Она не должна была реагировать, как бешеная кошка. Но это, похоже, инстинкт.