Не знаю, сколько именно сижу в машине, но уже начинаю заметно нервничать, как из дома Ромы выходит Лиза, а через несколько минут выходит и Рома.

Молча садится в машину и стискивает руль. Ни улыбки, ни взгляда в мою сторону, и у меня по коже пробегает мороз.

Интуиция вопит, что что-то случилось.

– Ром, – горло перехватывает от страха, – все нормально?

Рома словно только сейчас вспоминает, что в машине не один. Переводит на меня потерянный взгляд и пытается сосредоточиться, а во мне крепнет уверенность, что сейчас произойдет страшное.

– Лен, – облизывает пересохшие губы.

"Не узнаю его: никакой теплоты, отстраненность. Передо мной не тот мужчина, с которым я рассталась в этой же машине.

– Что случилось? Я видела, как Лиза приезжала.

Рома передергивается, вперив взгляд в лобовое окно. Тяжело сгладывает и шумно выдыхает. С каждой секундой в машине обстановка сгущается, словно грозовая туча нависает, и это заставляет меня сжаться на сиденье.

Прокручиваю в голове, что могло произойти между этими двумя, что Рома вот так изменился чуть ли не по щелчку пальцев.

Стискиваю руку на ремне безопасности в ожидании приговора.

– Лен, я возвращаюсь к Лизе.

Его слова наотмашь бьют. Вышибают весь воздух из легких. Не дают сделать следующий вдох. Больно! Так нестерпимо больно, что кажется, горю вся внутри. Сердце разрывается в клочья, оставив после себя выжженную дыру в груди.

– М-м-м-м, – нахожу в себе силы только на то, чтобы неопределенно промычать.

– Лен, – Рома поворачивается ко мне, пока я пытаюсь не умереть на его глазах, – я не могу иначе. Я нужен ей и…

– Я поняла, – перебиваю его.

Шарю по двери в поисках ручки. Дергаю, но дверь не поддается.

– Я довезу тебя, Лен, – его голос чужой.

Он сам чужой, не тот Рома, что сидел утром на моей кухне и командовал, что мы поедем мне за телефоном, а потом возьмем кресла для наших мальчишек.

«Не наших! Для моих!»

– Не нужно, – выдавливаю, прикладывая все свои силы, чтобы не завыть, не захлебнуться слезами.

В груди не переставая жжет, но я постоянно твержу себе, что Рома не главное в моей жизни. Бесята! Ради них нужно дышать, а Рома, как я и предполагала, – только проходящий эпизод.

– Лен.

– Рома, – зло стираю выступившую предательскую слезу, – я в состоянии сама добраться до дома. Будь добр, выпусти меня и вали к своей бывшей-настоящей невесте. Мне в принципе плевать, кто теперь вы опять друг другу.

Снова дергаю ручку, и она поддается. Вываливаюсь из машины и, не разбирая дороги, плетусь на остановку.

Зажмуриваюсь в попытке изгнать образ Ромы из головы. Внутри бушует ураган. Огненный.

Мне же будет лучше, если я его быстрее выкину из головы и из сердца. Не зря тогда судьба нас развела.