Ненормальное, не присущее мне чувство. Чертова Ларка, даже свалив с этой грешной планеты не оставила меня в покое, превратив меня в глазах всех в вонючее парнокопытное.

Лифт, который я отреставрировал лично, ввалив в него столько денег, что можно было бы перестроить высотку, выплюнул меня в любимую прихожую. Расписанные вручную известным художником стены, сегодня у меня вызвали глухое раздражение, а не обычную тихую гордость. Странно, я вроде выключил свет, когда уходил днем. Но сейчас стенные бра светились тусклым светом, от чего нарисованные на стенах известные музыканты, давно покинувшие наш мир, казались зловещими.

Особенно Фредди Меркюри, фирменно улыбающийся из-под усов. Черт. Я же для себя все делал до сегодняшнего дня. Только для себя.

– Котик, я заждалась, – раздался из недр моего жилища голос Катьки. Только вот ее сейчас не хватало. Хотя, мне сейчас нужно расслабиться. Да, точно, будет проще принять ПРАВИЛЬНОЕ решение. По-настоящему правильное. Мне не нужны проблемы, я хочу свою старую жизнь, дуру Катьку, привычную и понятную, ночные клубы, вкусно жрать, в конце – концов. А не таскать чужих детей по ночам, как какой-то маньячелло по круглосуточным мед центрам, чтобы сдать мазок.

Да твою ж мать.

Мальчик в моих руках вздрогнул, вдруг обнял меня за шею и прошептал «Мамочка, только не уходи снова». Мне показалось, что мир содрогнулся. Землетрясение не меньше, хотя, для наших широт это стихийное бедствие не свойственно.

– Спи, – прошептал я, сгрузив пацаненка на диван в гостиной, и повинуясь какому-то импульсу склонился и поцеловал его в маленький, покрытый испариной лоб. Странно, но я испытал не отвращение, а тревогу. Лешка не шевельнулся даже.

– Я не поняла? Ты что притащил? – Катька, одетая в тонкое кружево абсолютно голое тело, возникла словно тень из полумрака. – Мак. Ты с ума сошел? Где ты это взял?

– Это ребенок, – зашипел я, сграбастав красотку в объятия и потащил ее подальше от спящего мальчика. Не хватало еще, чтобы она разбудила Леху в таком виде. Не нужно ребенку смотреть на голых развратных телок. – Не ори, дура.

– Я вижу, что не поросенок. Какого хрена ты его сюда приволок? – оскалила идеальные зубки чертова баба. Блин. А она не такая уж и красавица. Похожа сейчас на ощерившуюся мелкую собачку.

Я раньше не замечал.

– Этот мальчик… Возможно это мой сын, – хмыкнул я, глядя в вытягивающуюся физиономию любовницы. – Кэт, ты же хотела за меня замуж? Так я почти готов. Я думаю, что мне скоро будет нужен штамп в паспорте. Составим брачный контракт…

– Да пошел ты, Боярцев. Сам мозгом поплыл, – откинув голову захохотала эта мерзавка, сдирая с себя кружевное уродство, и тут же натягивая прямо на голое тело водолазку, которую схватила с пола. Кэт никогда опрятностью не заморачивалась.