– С какой стати Роза оседлала другого дракона? – Ответа она, впрочем, и не ждала, Небо все усилия вкладывал в работу крыльями.

«Ох, не успеем, – встревоженно подумала Ласточка. Человек падал быстро и был далеко от них. – Только бы мы ошиблись. Только бы это была не Роза». Она всего день провела в компании новой подруги, зато та нашла ей ключи от цепей Неба и ещё понимала такое, чего другой человек понять бы, наверное, не смог.

Странная дракониха тем времен встряхнулась последний раз и перестала вертеться. Взглянула вниз и увидела, как Небо несётся к ней, вытянув вперёд лапы, затем заметила падающего человека.

Испуганно вскрикнув, сама нырнула вниз, следом за ним.

Ласточка ахнула и подалась вперед. Они подлетели уже так близко, что она убедилась: это и впрямь человек. Он падал, размахивая руками и ногами.

Дракониха подхватила его у самой земли. Какие-то мгновения – и он разбился бы, но вот она бережно опустила его на песок. Тут же рядом приземлился Небо.

Ласточка слезла у него со спины и, увязая в песке, побежала к драконихе и человеку.

– Роза? – позвала она.

Человек обернулся. Не Роза.

Это был паренёк примерно одного с ней возраста с короткими тёмными волосами и мечом за спиной. На лице у него застыло ошеломленное выражение. А само лицо … лицо было знакомое.

– Ласточка? – произнёс он.

Ласточка резко остановилась и вперилась в него.

Он сказал: «Ласточка», потом повторил: «Ласточка … это ты? Правда ты?», но это была просто какая-то бессмыслица, ведь никто не знал её и не окликнул бы так, будто искал и наконец-то нашёл, никто не помнил о ней … Однако же этот самый парень сказал «Ласточка?» таким тоном, будто и впрямь тосковал по ней все эти годы.

На ватных ногах – сразу видно, это был первый в его жизни полет на драконе – он подошёл к ней. В глазах у него стояли слёзы.

– Это я, твой брат. Листик.

Ласточка сама не заметила, как опустила взгляд в песок – убедиться, не спит ли; потом глянула на драконов – да, и они тоже тут, взирают на неё с любопытством. Она не вернулась в Амулет, и всё это ей не снилось.

– Ну, это … неожиданно, – сказала она.

Листик рассмеялся, отрывисто и облегчённо, а потом вдруг как взял да обнял её, и – о, три луны! – человеческие объятия не шли ни в какое сравнение с драконьими. Прежде Ласточка вроде ни с кем из людей не обнималась. Родители вообще хоть обняли её напоследок, прежде чем отдать на поживу драконам? А сёстры?

«Нет, меня обнимал только Листик, давным-давно, когда я была совсем маленькой и потеряла улитку, которую он для меня вырезал».

– Ласточка, я летал на драконе! Свалился с него! Чуть не расшибся! Мне надо присесть. – Он плюхнулся на песок, спрятал что-то в карман и растёр лицо ладонями.

– Ну ты и неуклюжий.