– Тридцать лет занятий подводным плаванием, – мрачно сказал я.

– Сорок… Пойду я, Антон. Ты как – лифтом?

– Да.

– Ну давай… не тяни.

Он перешел в сумрак и побежал вслед за Семеном. Наверное, они будут подниматься по разным стенам, но я даже не хотел выяснять, кто по какой. Меня ждал свой путь, и скорее всего, что он не будет легче.

– И зачем ты меня встретил, шеф… – прошептал я, подбегая к подъезду. Снег хрустел под ногами, в ушах стучала кровь. На бегу я достал из кобуры пистолет, снял с предохранителя. Восемь разрывных серебряных пуль. Должно хватить.

Только бы попасть. Только бы найти тот миг, когда у меня будет шанс попасть, опередить вампиршу и не зацепить мальчика.

– Рано или поздно тебя бы встретили, Антон. Если не мы, то Дневной Дозор. А у них тоже были все шансы получить тебя.

Я не удивился, что он следит за мной. Во-первых, дело было серьезное. Во-вторых, он все-таки мой первый наставник.

– Борис Игнатьевич, если что… – Я расстегнул куртку, засунул пистолет за спину, воткнул ствол под ремень. – О Светлане…

– Ее мать проверили до конца, Антон. Нет. Она не способна на проклятие.

Никаких способностей.

– Нет, я о другом. Борис Игнатьевич… я вот что подумал. Я ее не жалел.

– И что это значит?

– Не знаю. Но я ее не жалел. Не делал комплиментов. Не оправдывал.

– Понятно.

– А теперь… исчезните, пожалуйста. Это моя работа.

– Хорошо. Извини, что погнал тебя в поле. Удачи, Антон."

"На моей памяти шеф не извинялся ни перед кем и никогда. Но мне некогда было удивляться, наконец-то подошел лифт.

Я нажал кнопку последнего этажа и машинально взял болтающиеся на шнуре пуговки наушников.

Странно, но они играли. Когда я включил плеер?

И что мне выкинет случай?Все решится потом, для одних он никто,Для меня – господин,Я стою в темноте, для одних я как тень,Для других – невидим.Обожаю «Пикник». Интересно, а Шклярского проверяли на принадлежность к Иным? Стоило бы… А может, и не надо. Лучше пусть поет.

Я танцую не в такт, я все сделал не так,Не жалея о том.Я сегодня похож на несбывшийся дождь,Не расцветший цветок.Я, я, я – я невидим.Я, я, я – я невидим.Наши лица как дым, наши лица как дым,И никто не узнает, как мы победим…Можно считать последнюю фразу добрым предзнаменованием?

Лифт остановился.

Выскочив на площадку последнего этажа, я посмотрел на люк в потолке. Замок был сорван, именно сорван – дужка расплющена и растянута. Вампирше это ни к чему, она на крышу, скорее всего, прилетела. Мальчишка поднялся по балконам.

Значит, Тигренок или Медведь. Скорее всего, Медведь, Тигренок выбила бы люк.

Я стащил куртку, кинул на пол вместе с бормочущим плеером. Потрогал пистолет за спиной – тот держался крепко.