— Вот просто-таки ни с кем! А главное-то даже не в этом! Тут есть дела и посерьезнее…

— Это какие же такие дела? — с подозрением спросил Подкова.

— А такие! — сказал один из топтунов. — Совсем нехорошие дела! Сука этот Осипов, как есть сука! Стукач!

— Это с чего же вы взяли? — приподнялся на постели Подкова.

— А с того, что он встречался с самим «хозяином»! — почти хором ответили блатные. — Целых два раза! Один раз перед самым отбоем. Тут мы проследили за ним до самого конца. Пришел, значит, вертухай и отвел его к «хозяину». А примерно через полчаса он, то есть этот Осипов, от «хозяина» вышел. А второй раз вертухай отвел его к «хозяину» уже после отбоя… Тут мы, конечно, проследить за ним не могли, потому что кто же нас выпустит ночью из барака? Но точно знаем, что к «хозяину»! Потому что куда же еще по ночам водят зэка, как не к «хозяину» или «куму»? Но «кума», как ты, Подкова, сам знаешь, зарезали. Значит — к «хозяину». А больше не к кому.

— Ладно, — после некоторого молчания сказал Подкова. — Пока отдыхайте, но будьте неподалеку, потому что можете понадобиться в любую минуту. Заодно отдохну и я.

Но отдохнуть ему не удалось. Потому что через пятнадцать минут в помещение заглянул один из охранников.

— Там это… — сказал он. — Короче, к тебе пришли.

— И кто на этот раз? — страдальчески поморщился Подкова.

— Назвались Музыкантом и Угрюмым, — ответил охранник. — Сказали, что по срочному делу…

— Зови, — сказал Подкова.

На этот раз он не стал стонать, причитать и жаловаться на свои хвори. Потому что понимал: коль пришли Музыкант и Угрюмый, то, значит, по важному делу. А может быть, не только важному, но и срочному. Так что тут не до причитаний и не до хворей.

— Извини, Подкова, за вторжение, — входя, сказал Раздабаров. — Но — сам понимаешь… Не по своей прихоти мы явились, нужда заставляет. Дела.

— Да, дела! — прокряхтел Подкова. — Куда мне только деваться от вас, деловых!

— А куда денешься? — Раздабаров улыбнулся и развел руками. — В тюрьме разве можно спрятаться?

— Говорите, что вам нужно, — сказал вор в законе. — Чем смогу, помогу. А не помогу — значит не смог.

— С тем мы и пришли, чтобы ты нам помог, — сказал Игнат. — Потому что кто же еще, если не ты?

— Говорите дело, — скривился Подкова. — Зачем мне ваши беспонтовые лещи? Знаю я им цену…

— Да, конечно, — согласился Раздабаров. — Дело прежде всего. Но вначале у нас к тебе вопрос. Скажи, твои орлы что-нибудь выходили за Осиповым? Есть что-то интересное?"

"— Есть, — нехотя ответил Подкова. — В том-то и дело…

И он рассказал смершевцам то же самое, о чем ему недавно поведали топтуны.

— Вон оно какое дело! — присвистнул Раздабаров. — Значит, говоришь, общался с «хозяином» целых два раза! Ночью! Срочный, видать, был разговор, коль ночью.