В саду бы спали псы, охраняя наш покой. И цветы распускались, встречая улыбку прелестной Миристаль.

Хаджар, все же, повернулся к Черному Генералу. Он не видел его лица. Но, порой, чтобы понять печаль, не надо видеть глаз — лишь слышать их эхо в голосе говорившего. Так, кажется, ему рассказывал Южный Ветер…

Тот, кого Хаджар встретил когда-то давно внутри своей души и тот, кто сейчас стоял с ним рядом на парапете — это были два разных Черных Генерала.

— Иронично что ты, мой ученик, станешь тем, кто убьет моих детей.

— У тебя не может быть детей, генерал.

Хаджар попробовал на вкус это слово — «генерал».

Было странно, спустя столько веков, обращаться так к кому-то помимо Лунной Лин, да будет её перерождение славным, а память праотцов — достойной.

— Плоть от плоти — нет. Но что важнее, мой ученик? Дитя, что имеет лишь твою кровь или дитя, что вобрало твой дух, твой путь, твои слова и дела. Дети плоти, мой ученик — удел смертных. Мы же, идущие по гребнем волн, называемых смертными — горами, порождаем идеи. И те, кто несут наши идеи — дети нам.

Говор Черного Генерала немного резал слух Хаджара. Но его слова были понятны.

Хаджар невольно коснулся места, куда пришелся удар меча Азреи.

Как там сейчас его дочь? Что её тревожит? В порядке ли её здоровье? Нашла ли она свой новый дом и свой путь? Эти мысли порой тревожили Хаджара. Но таков удел любого родителя — сколько бы лет не минуло с тех пор, как маленький комочек, созданный тобой по своему образу и подобию, начал ходить — ты все равно будешь о нем заботиться.

— Почему ты пришел? — спросил, наконец, Хаджар.

— Ты убьешь моих детей, ученик. Нужен ли мне другой повод, чтобы прийти в твою реальность? Есть ли у меня вообще — другой повод…

Хаджар снова промолчал.

Но не потому, что не хотел говорить — просто не знал, что именно можно сказать в этот момент.

— Я узник твоей души, dlahi Hadjar, — Хадажр дернулся, как удара кнута. Эти слова… dlahi Hadjar, так его в детстве называла мать. — Я могу лишь безропотно зреть, как твой меч закончит их путь.

— Либо наоборот, — пожал плечами Хаджар. — Орден Ворона… твой орден — силен. И многочислененн. Я не уверен, что местная магия и скудная защита убережет секту от длительной осады. Да и… — Хаджар обернулся и посмотрел на плац, где постепенно собирались ученики и мастера.

 — воинов здесь нет. Авантюристы, исследователи, любители странствий, ученые, маги, но не воины. Не солдаты. Они не знают слова приказ. Не видели, как десятками гибнут их товарищи… многие из них побегут. Не потому, что слабы их тела, а потому что не готов разум."

"— Но не побежишь ты, мой ученик, — произнес Черный Генерал. Пола его плаща качнулась на ветру, превращаясь на мгновение в широкое крыло. — Твой дух крепок, а рука не дрогнет.