Дала сыну жаропонижающее, одела, посадила в коляску и потащила с собой в гости.

В понедельник, когда она привела мальчика в ясли, его не приняли: медсестра сразу поняла, что ребенок болен, измерила температуру и в ужасе схватилась за голову: тридцать девять и восемь.

– Мамаша, немедленно домой и вызывайте врача из поликлиники.

Лиза вернулась домой, вызвала врача и позвонила на работу, предупредила, что не придет. Педиатр из поликлиники осмотрела Дениса и поставила диагноз: острое респираторное заболевание в тяжелой форме. Лечение прописала такое же, какое назначала этому ребенку всегда, она работала на этом участке недавно, но тоже успела привыкнуть к Денискиным простудам.

Во вторник температура не снизилась, мальчик был вялым, кашлял, на вопрос: «Где у тебя болит?» – показывал на животик и на голову, у него начался понос. В среду его стало рвать, он не узнавал Лизу и периодически бредил, ему казалось, что он находится в темной комнате, где по углам прячутся огромные голубые рыбы. Его невозможно было ни взять на руки, ни посадить, ни даже просто перевернуть – ребенок кричал от боли.

– Немедленно вызывай «Скорую»! – скомандовал Родислав.

 – Я сейчас приеду.

Он швырнул в сейф документы, быстро что-то наврал начальству о необходимости отъехать в один из главков, сел в машину и помчался на улицу Маршала Бирюзова. Когда он приехал, врач из «Скорой помощи» уже осматривал Дениса, который истошно кричал и плакал.

– Почему он так кричит? – растерянно спросил Родислав.

– Гиперестезия, – коротко ответил высокий бородатый врач. – Для мальчика болезненно любое касание, любое изменение положения тела, особенно больно, когда я дотрагиваюсь до позвоночника.

– И что это означает?

Врач ничего не ответил, продолжая свои манипуляции. Потом отошел от кроватки, в которой лежал Денис, и обратился к Родиславу:

– Вы – отец?

– Ну… в общем, да, я.

– Можно вас на два слова? Давайте выйдем на лестницу.

Родислав удивился, но послушно вышел вслед за врачом из квартиры. На лестничной площадке оба одновременно вытащили сигареты и закурили.

– Не хочу быть бестактным, – сказал врач, – но поскольку речь идет о жизни и здоровье ребенка, то вынужден спросить: мать мальчика пьет?

– Почему вы решили?

– Я вижу.

У него температура под сорок, а она его в ясли повела. Непьющая мать такого никогда не сделала бы. И вообще жилище пьющей женщины имеет свои особенности, я за время работы много чего насмотрелся и могу отличить одно от другого. Я прав?

– Правы, – вздохнул Родислав.

– Во время беременности она тоже пила?

– Да. Не все время, периодами.

– А в момент зачатия была трезвой?

Родислав этого не помнил и только пожал плечами.

– Ладно, с этим все понятно. – Врач стряхнул пепел на ступеньку и сделал жадную затяжку.