Просто я слишком хорошо знаю фэшн-индустрию…

А когда недавно заговорила о собственном модном доме, Гаранин опешил.

— Ну ты даешь, мать, — только и смог выдохнуть, заранее зная, что у нее все получится.

Босыми ногами он прошлепал по каменному полу в детскую. Димон проснулся и сонными глазищами, точно такими же, как у матери, рассматривал обои с корабликами, маленькой пухлой ладошкой прижимая к себе плюшевого медвежонка. Увидев отца, ребенок улыбнулся и протянул ручки. Гаранин подхватил сына, а шустрый малыш успел ухватить за собой и медведя. Так и вернулись в спальню. Арсений покосился на дверь. Прислушался, пытаясь понять, что происходит. Но за дверью стояла гробовая тишина. Не лилась вода, не слышались шаги.

— Милая, — негромко, чтобы не испугать ребенка, позвал Гаранин, — у тебя все в порядке? — Он покосился на большие антикварные часы в дубовом резном корпусе.

«Что-то она там застряла», — обеспокоенно подумал он и, усадив ребенка на кровать, положил рядом медведя и снова подошел к двери.

— Свет, — постучал осторожно. — Что-то случилось? — не на шутку обеспокоился он.

— Нормалюк, — заверила она, но дверь не открыла. — Я сейчас! — крикнула следом.

Арсений повернул к кровати, намереваясь снова лечь, но его первенец и наследник, поднявшись на пухлых ножках, уже вовсю прыгал на постели, сминая мягкий натуральный латекс матраса и пружины из ванадиевой стали.

— Хороший батут, — фыркнул себе под нос Арсений, любуясь сыном. А Димон, краем глаза заметив восторженного зрителя, завоображал. Арсений сгреб сына в охапку, поцеловал, закружил обнимая. Малыш прижался к нему, доверчиво положив голову на грудь. В этот момент дверь отворилась и в комнату шагнула Света. Взъерошенная и порывистая.

— На, держи! Это тебе подарочек с Русского Севера! — возмущенно фыркнула она, протягивая ему положительный тест на беременность. Две яркие полоски отливали голубым цветом и всем своим видом пресекали всякие сомнения.

— Похоже, мы из Гречишкина кроме белых грибов и моченой брусники еще один подарок привезли, — улыбнулся Гаранин и напряженно поинтересовался: — А ты не рада, Свет?

— Рада, — пробурчала она улыбаясь и сразу оказалась в объятиях мужа. Димон потянулся к матери, но и отпускать отца не пожелал. — Только теперь все планы коту под хвост. Никакого модного дома, никакой разработки коллекций. А через два года, — вздохнула она, но муж перебил ее:

— Мы снова поедем в Гречишкино.

— Поедем, — кивнула Света. — Только ты наденешь железные штаны, а я — пояс верности.

Гаранин рассмеялся и весело уточнил:

— Какие еще штаны, сладенькая?

— В оружейном зале полно рыцарских доспехов. Что-нибудь подберем, — проворчала она, целуя сына в макушку.

— Средневековые портки мне и до колен не налезут.