И практически решаюсь отдать изделие, но в последний момент подсвечиваю мелкие бриллианты по краям ультрафиолетом. И вместо чистого голубого свечения, я вижу лёгкий “аквамарин”. Синтетика!

Перекидываю задумчиво браслет через пальцы, как четки.

— Чтож ты такой жадный, Сохарев?

Назар взводит ствол, подставляя его к виску ювелира."

"— Краткость — сестра таланта. Быстро… Всю схемы, кто в доле?

Тихий шум в ювелирной умолкают. Пусть видят. Это протрезвляет.

Сохарев, обливаясь потом, лепечет что-то невнятное.

— Что?! Не слышу. Громче.

— На лечение племянницы… Я все верну, клянусь!

— Бриллианты — конечно вернешь.

Каков план по компенсации репутационных потерь? Костя, ты посчитал? — оборачиваюсь, встречаясь взглядом с застывшей от ужаса Мией в униформе.

— Не менее двухсот миллионов, думаю.

— Это четыреста твоих почек, мужик, — ухмыляется, Назар. — Есть у тебя четыреста почек?

А я продолжаю смотреть в глаза Мие.

— Хан… — беззвучно. — Не надо.

— А как надо? — дёргаю бровью.

— Племяннице… тяжёлая онкология… — трясется голос Сохарева. — Сильные боли. Нужна операция с пересадкой.

На глаза Мии наворачиваются слёзы.

Да, боже! Пиздит же, как дышит. Меценаты все, куда деваться!!

— И сколько ты перевел племяннице?

— Все, что было.

— Телефон! — требую у него я. — Разблокируй.

Отдаю Мие.

— Ищи. Звони, Мия. Выясняй…

Мия вдыхает поглубже несколько раз, пытаясь успокоиться перед разговором.

— Как зовут племянницу? — уточняет она. — Или маму?

— Света… — понуро.

— Добрый день! Я звоню из фонда… эм… Алихана Арманова!

Нет, ну я в восхищении от этой женщины! — закатываю глаза. Уже фонд открыла.

— Мы хотели бы уточнить, как состояние Светочки.

И какая сумма поступила на лечение от вашего брата. Мистер Арманов хотел бы ее увеличить за счёт фонда.

Губы мои дёргаются в улыбке. Лиса…

— Сколько?! А… Понятно. Мхм… А куда переводить? Ясно. Спасибо за информацию.

Опустив взгляд, крутит в руках телефон.

— Ну. Удиви меня.

— Сто тысяч он перевел… Сбор идёт на два миллиона.

— Увы. Не удивила. А украла эта мразь почти сорок.

— Я не успел продать! Но…

— Хан, — перебивает его Мия. — Пусть переведет… Пожалуйста. То, что есть на счетах.

Передаю ему телефон.

— Открывай, переводи все, что есть.

Заглядываю в экран. Вот и почти закрыли сбор… Реально фонд Арманова. А так бы мы, конечно, их забрали сейчас в счет компенсации.

Пока он переводит, Мия, не поднимая взгляда, уходит в соседнюю стеклянную ячейку.

Не заметил ее в форме.

Пока Назар дожимает Сохарева, я наблюдаю за ней.

Руки трясутся…

Откладывает все в сторону. И ложится лбом на стол.

— Давай дальше без меня и свидетелей.

Сохарева уводят. Я захожу к Мие.

— Над чем работаешь?

— Дарович попросил корону из золота для белых фигур… — тихо.