Когда Уэст внезапно её остановил, обхватив рукой вздымающиеся бёдра, и легко приподнял, выходя из неё, Фиби всхлипнула.

– Нет, всё было хорошо, пожалуйста, я хочу... – проговорила она, дрожа от неудовлетворённого желания.

– Возможно в данный момент ты и получишь удовольствие, но будешь проклинать меня позже, когда не сможешь ходить без боли.

– Мне всё равно. Всё равно.

Прибывая в смятении, Фиби продолжала слабо протестовать, пока он нёс её к кровати, тихо бормоча что-то о терпении, но, из-за шума в ушах, ничего не слышала. Оказавшись на постели, она широко распахнула бёдра, и Уэст тут же устроился между ними. Почувствовав, как его напряжённая плоть вновь её заполняет, Фиби вскрикнула. Он начал медленно в неё вонзаться, но не ускорял темпа, как бы она ни извивалась, умоляла двигаться быстрее, проникать глубже, действовать жёстче.

Его рот припал к её груди, посасывая сосок, нежно дёргая в такт движениям его плоти. Внутренние мышцы сокращались каждый раз, когда он проникал вглубь, и жадно его сжимали. Волны удовольствия накатывали всё сильнее, пока её не накрыла мощная разрядка, с необузданной силой, отозвавшаяся во всём теле. Фиби застыла, её бёдра выгнулись под Уэстом. Тем не менее, он не останавливался, пока последние отголоски кульминации не утихли. Не щадя себя, Уэст неторопливо дарил ей блаженство.

Наконец, содрогаясь всем телом, она рухнула на кровать. Он сделал ещё несколько толчков и вышел из неё, прижав мощную влажную плоть к её животу. Уэст уткнулся лицом в простыни, заглушая свой свирепый рык, и вцепился в матрас по обе стороны от Фиби с такой силой, что вполне мог его разодрать. Когда она ощутила его горячее семя, то испытала первобытное удовлетворение от мысли, что угодила своему мужчине, из её горла вырвалось незнакомое мурлыканье."

"Уэст попытался скатиться с неё, но она удержала его, обхватив руками и ногами. Он мог бы со смехотворной лёгкостью разорвать эти объятия, но послушно остался на месте, пытаясь восстановить дыхание. Фиби наслаждалась ощущением веса его тела и растительностью на его торсе, дразнящей грудь. До её обоняния доносился интимный аромат, смешанный с потом.

В конце концов, одарив Фиби лёгким поцелуем, он покинул кровать, а обратно вернулся с влажным отрезом ткани. Уэст осторожно вытер следы их страсти, с восхитительной нежностью исполнив обязанности любовника.

Едва ощущая своё тело, Фиби сонно повернулась к Уэсту, когда он снова улёгся рядом. Убрав с её лица выбившиеся пряди, Уэст пристально посмотрел Фиби в глаза. Ей казалось, что они всё ещё находятся где-то вдали от внешнего мира. Что они, тесно сплетены, хотя их тела больше не были соединены между собой. Теперь он стал частью её, его имя было начертано на её коже невидимыми, но несмываемыми чернилами.