По крайней мере теперь у меня есть еще одна возможность…

– А мне казалось, она отвергла вас еще до начала сезона.

– Меня и еще две дюжины соискателей, но мы не знали, что она уже помолвлена с Мактавишем.

– Не тратьте зря время. Ваш титул недостаточно для нее высок. Пожелай она, и сам король пал бы к ее ногам.

– Удивительно, что ее родители этого не добивались. Совершенно отвратительные честолюбцы, чья цель – подняться как можно выше по социальной лестнице.

– А разве она не такова?

– Она только что отвергла наследника маркиза. Неужели это ни о чем не говорит?

– Значит, ее родители в бешенстве, совсем как когда…

– А ведь Лок имеет все шансы стать следующим герцогом Норфордом. Я очень удивился, узнав, что он вернулся в Англию.

– Во всяком случае, он не собирается жениться. Неужели вы не слышали, что он и уехал из страны, чтобы убраться подальше от мамаш, намеренных любыми средствами поймать жениха…

Офелия было сделала вид, что ничего не слышит, но при упоминании Рейфела Лока, виконта Линфилда, невольно поискала его взглядом. Она знала, что он где-то здесь, прощается со своими знакомыми и, возможно, сам готовится к отъезду. Он был первым, кого Офелия заметила, подходя к лестнице. Впрочем, такой красавец, как наследник Норфорда, привлек ее внимание с того момента, когда она впервые взглянула на него.

Какое-то недолгое время, до повторной помолвки с Мактавишем, Офелия подумывала о нем как о будущем муже. Но Лок, очевидно, переметнулся во вражеский лагерь – лагерь, который придерживался о ней самого худшего мнения. Как Лок прозвал ее? Злобная сплетница? Он даже пригрозил погубить репутацию Офелии, если та кому-то расскажет, что, по ее мнению, он спит с Сабриной Ламберт.

Но она действительно так считала! Иначе с чего бы ему уделять столько внимания этой серой мышке Сабрине? Но вместо того, чтобы оскорблять Офелию, Лок мог бы просто сказать, что она ошибается. И как жаль, что именно он застал ее плачущей наверху.

– Как мы доберемся домой? – прошептала Сэди, когда они спустились вниз.

– В моем экипаже, разумеется, – бросила Офелия.

– Но у нас нет кучера! Проклятый дурень так и не вернулся."

"Об этом Офелия совершенно забыла. Жалованье кучер получал от ее отца и поэтому сначала вообще не желал везти ее в Йоркшир. Когда же Офелия приложила немало сил, чтобы убедить кучера, тот стал твердить, что потеряет место, если немедленно не вернется в Лондон, чтобы сообщить ее родителям, куда сбежала дочь. Будто она не намеревалась послать им записку. В свое время, разумеется.

Когда Дункан разорвал их помолвку в первый раз и попросил семейство Ридов уехать из Саммерс-Глейд, отец отвесил Офелии такую пощечину, что она отлетела на другой конец комнаты.