Тогда Рейфел считал, что единственное, на что она способна, – распространять гнусные сплетни и чернить ни в чем не повинных людей.

Рейфел не думал, что обретет новых друзей здесь, в крошечном уголке Йоркшира. Как первенец герцога Норфорда и наследник титула, он никогда не нуждался в друзьях, настоящих или нет, но потерял связь с большинством приятелей, когда несколько лет назад уехал за границу. Просто поразительно, как быстро он сошелся с Дунканом Мактавишем, возможно, потому, что при первой встрече шотландец был так вспыльчив и так легко выходил из себя, что Рейфел находил это весьма забавным.

Они были почти ровесниками. Рейфелу было лет двадцать пять, Дункану – немного меньше. Оба – высокие, мускулистые, атлетически сложенные и красивые, хотя внешне никакого сходства не наблюдалось. Волосы Дункана вопреки моде были темно-рыжими, глаза – темно-синими. А Рейфела природа наградила светлыми локонами и голубыми глазами. Оба были первыми в списке самых завидных женихов этого сезона. Обоим предстояло унаследовать прославленные титулы."

"Однако Рейфел не искал жену и не собирался жениться в ближайший десяток лет. А вот дедушки Дункана с обеих сторон решили, что он должен как можно скорее произвести на свет наследника. Именно поэтому в Саммерс-Глейд было приглашено столько молодых дебютанток. На этот раз объектом их преследования был отнюдь не Рейфел. Светские маменьки прекрасно знали, что Дункану в отличие от наследника герцога Норфорда необходимо жениться.

Как ни странно, в Саммерс-Глейд не пригласили Сабрину Ламберт, очаровательную соседку Дункана, единственную женщину, затронувшую его сердце. Такая прелестная особа, пусть не красавица, но обладает великолепным чувством юмора и может развеселить самую угрюмую личность. Рейфел почти не шутил, когда делал ей предложение. Но он быстро подружился с Сабриной, да и кто на его месте не подружился бы! И даже занялся сватовством, чего раньше никогда не делал. Все ради того, чтобы они с Дунканом поняли, что созданы друг для друга.

– Что за вздор они несут? – удивился Дункан, подходя к Рейфелу.

– И ты еще спрашиваешь? – ухмыльнулся Рейфел, делая приятелю знак пройти в гостиную, где их не подслушают. – Офелия услышала, как твои гости злословят о ней, и не преминула их отчитать.

– Она еще не уехала?

– Насколько я понял, ждет, когда подадут экипаж. Но ты не представляешь, что случилось после того, как девица Ньюболт покончила с обличениями Офелии. Я и сам еще не пришел в себя!

Рейфел стал свидетелем гневной тирады Мейвис, когда та прибыла в поместье. Девушка, не стесняясь, брызгала желчью. Становилось понятным, почему она стала врагом Офелии.