– Спасибо, – сказала Эви, слишком усталая, чтобы интересоваться, что она ест. Наугад ткнув вилкой в тарелку, она поднесла ее ко рту, откусила кусочек, прожевала, закрыв глаза, и проглотила. Приподняв ресницы, она встретила взгляд Себастьяна.

Он выглядел таким же усталым, как она. Под светло-голубыми глазами залегли тени, кожа на скулах натянулась и казалась бледной, несмотря на загар. Он не успел побриться, и на подбородке поблескивала золотистая щетина. Как ни странно, некоторая запущенность была ему даже к лицу, придавая особую выразительность его чертам, отличавшимся холодной безупречностью мраморного шедевра.

– Ты по-прежнему настаиваешь на том, чтобы остаться здесь? – Взяв из вазы персик, он ловко разрезал его, вынул косточку и вручил ей золотистую половинку.

– Да. – Эви надкусила сочный фрукт, наслаждаясь сладкой мякотью, наполнившей рот.

– Этого я и боялся – сухо заметил Себастьян. – Что ж, очень глупо с твоей стороны. Ты даже не представляешь, каким оскорблениям можно подвергнуться в подобном месте... непристойные предложения, похотливые взгляды, откровенное хамство... и это еще не самое ужасное.

Не зная, смеяться или злиться, Эви пожала плечами:

– Как-нибудь справлюсь.

– Надеюсь.

Поднеся к губам бокал с вином, Эви бросила взгляд на учетную книгу.

– Что это?"

"– Приходные и расходные записи. Думаю, ты не очень удивишься, узнав, что Иган нечист на руку. Он делает это осторожно, чтобы кражи не бросались в глаза, но со временем набирается значительная сумма. Бог знает, сколько лет он занимался этим. Все книги, которые я успел просмотреть, содержат, мягко выражаясь, неточности.

– Ты уверен, что это неслучайно?

– Абсолютно.

Bce очень просто. – Он открыл учетную книгу и пододвинул ее к Эви. – В прошлую среду прибыль составила около двадцати тысяч фунтов. Если сверить записи по займам, банковским депозитам и выплатам наличными, можно увидеть расхождения.

Эви проследила за его пальцем, скользившим по числам, указанным на полях.

– Видишь? – сказал он. – Это правильные значения. Иган бессовестно завышал расходы, например, за счет увеличения стоимости игральных костей. Даже если исходить из того, что набор костей обновляется ежедневно, годичные затраты, если верить Рогану, составляют не более двух тысяч фунтов.

– Постоянная замена игральных костей была общепринятой практикой, чтобы исключить любые подозрения в использовании свинца для их утяжеления.

– Но здесь указано, что на кости было потрачено почти три тысячи фунтов, – заметила Эви.

– Вот именно. – Себастьян откинулся на спинку стула, самодовольно улыбаясь. – Точно так же я дурачил отца в своей неправедной юности, когда он выдавал мне месячное содержание, а мне требовалось больше денег, чем он готов был дать.