Не ёкало, а так хотелось…

— Я этого не говорила! Янка… Ну Ян, не обижайся, а?

Подруга берет меня под руку и обещает, что перестанет так сильно на меня напирать.

Я не знала, что когда-нибудь мы с Тимуром встретимся ещё. Предполагала, конечно, хотя в городе-миллионнике это практически нереально, но не думала, что наша встреча будет такой… абсурдной и странной. Теперь нам придется пересекаться до самых родов, а это ещё как минимум пять недель!

— У него жена-то нормальная? — спрашивает Динка ласковым голосом. — Может, она не была бы против того, чтобы отец общался с дочерью."

"— Они разводятся, — вздыхаю. — Тимур и Лена.

— У-у-у…

— Перестань! — бросаю на подругу суровый взгляд, и она замолкает, больше не развивая эту тему.

Домой мы с дочерью возвращаемся поздно вечером, вдоволь нагулявшись и наевшись мороженого. Моя беременность проходит отлично, нет никаких жалоб на недомогание или тонус, поэтому я могу себе позволить такого рода прогулки. Так же просто было и с Лизой. Всю беременность я порхала и умудрялась учиться до самых родов.

Жму кнопку вызова лифта, но тот не приезжает. В одной моей руке самокат, в другой — пакет с продуктами. Перспектива того, что придется идти пешком на девятый этаж меня вовсе не радует, но выбора нет.

— Яна, добрый вечер, — слышу за своей спиной голос соседа.

Дима живёт этажом ниже, и мы знакомы с ним с самого детства. Раньше он жил в квартире со своими родителями, но они умерли некоторое время назад, и теперь он живёт один. На год старше, работает программистом. Худощавый, светловолосый и приятный в общении.

— Добрый вечер, — здороваюсь в ответ.

— Давай я помогу!

— Не стоит, Дим, мне не сложно, — мотаю головой.

— Мне тоже, — он забирает у меня из рук пакет с продуктами и самокат. — К тому же, нам по пути.

Мы с Лизой шагаем следом за ним. Он идёт быстро, мы — чуть помедленнее, только свой этаж Дима проходит мимо и поднимается с нами на девятый. Останавливается у двери и возвращает наши вещи.

— Спасибо за помощь, Дима, — благодарю его.

— Что ты, не стоит, — он бросает короткий взгляд на мой живот, поправляет пальцем очки в золотистой оправе. — Муж почему тебе не помогает?

— А у нас нет мужа! — произносит дочка, которая до этого время молчала. — И папы у меня нет. А ребёнка, который у мамы в животике, нам нужно будет вернуть.

— Лиза!

Бросаю на неё гневный взгляд и ощущаю, как вспыхивают мои щеки. Представляю, что подумал обо мне сосед. Хотя и так, наверное, обсуждали бы, если бы я вернулась из роддома в одиночестве и без младенца.

— Ты суррогатная мать? — догадывается сосед.

Отвечать на его вопросы совершенно не хочется, но врать я не умею.

— Да.

— Отлично, — отчего-то улыбается он.